Каждый твой вздох

Очевидно, помолвка с преуспевающим молодым адвокатом, обладающим прекрасными связями, имеет определенные преимущества. До этого она едва смогла уговорить детектива, ведущего дело об убийстве отца, позвонить ей и рассказать, как продвигается расследование. А вот теперь ей звонит сам прокурор штата!

– Это насчет убийства моего отца?

– В каком-то смысле.

– Что все это означает?

– Я предпочел бы объяснить вам лично.

Что-то в его голосе встревожило Кейт. Сначала тон был достаточно дружелюбным, но приглашение в офис звучало чересчур деловито.

– Может, мне сразу привести адвоката? – спросила она, стараясь пошутить.

– Кого угодно, мисс Донован, кого угодно, – тепло ответил он, и едва Кейт успела упрекнуть себя за мнительность, добавил: – Однако не думаю, чтобы вам было выгодно присутствие Эвана.

Повесив трубку, Кейт немедленно набрала номер Холли.

– Привет, дорогая! Я вернулась вчера ночью, довольно поздно. Грей Эллиот, прокурор штата, только что звонил мне и просил приехать в его офис к половине одиннадцатого.

– Время я найду, – пообещала Холли. – Заеду за тобой через сорок пять минут, и по дороге расскажешь о своей поездке.

Ровно через сорок пять минут Холли остановила спортивный автомобиль перед домом Кейт. При виде подруги она улыбнулась, но тут же нахмурилась.

– Выглядишь кошмарно. Что с тобой стряслось? – напрямик спросила она, отъезжая.

Кейт была так рада встрече, что немедленно вспомнила о старой привычке превращать даже дурные новости в предмет беспечной дружеской болтовни.

– Итак, что там стряслось? Я влюбилась в шикарного парня и обручилась.

– С Эваном или с тем парнем?

– С Эваном. Макс – моя новая любовь.

– Значит, все просто класс, верно?

– Верно.

– Почему же у тебя такое несчастное лицо?

– Потому что я последовала твоему совету и легла в постель с одним человеком.

Холли бросила на подругу долгий изумленный взгляд и поспешно нажала на тормоза, чтобы не проехать на красный свет.

– И как все прошло?

Кейт запрокинула голову на спинку сиденья и закрыла глаза, пытаясь растянуть губы в улыбке.

– Не слишком…

– Но это не могло длиться больше двух дней. Что можно ухитриться испортить за два дня?

– Можно, да еще как. Все очень, очень, очень плохо.

– А подробнее? – настаивала Холли.

– Позже… на обратном пути. Эван, правда, вел себя на редкость порядочно.