Каждый твой вздох

– Все так, но если я раньше доберусь до Сесила и приведу его в чувство, может, мы сумеем добиться своего, – ответил Грей, отворачиваясь, и, уже отходя, добавил: – Немедленно звоню ему и хочу, чтобы ты для пущего эффекта находился рядом.

Глава 36

– Мистер Уайатт примет вас через несколько минут, – объявил Грею дворецкий Сесила. Моросил дождь, капли оседали тонкой сверкающей пленкой на кашемировом пальто Грея. Дворецкий почтительно взял пальто и удалился.

Сесил принял его в кабинете, сидя за гигантским столом в окружении портретов славных предков.

– Как ваши родители, Грей?

– Прекрасно, благодарю вас.

Пока он усаживался, старик пристально изучал его лицо.

– Насколько я понял, это не светский визит? – заключил он.

– Боюсь, что нет.

Он кивнул, повернул голову к мгновенно возникшему дворецкому и приказал:

– Немедленно свяжитесь с Генри Бартлеттом.

– Внизу ждет детектив, чтобы отвезти вас в участок. Генри может встретить вас там.

– Значит ли это, что меня арестовали?

– Это зависит от того, насколько вы готовы сотрудничать с нами.

Билли только что подписал показания, в которых признается, что убил отца.

– Что он вам сказал?"

"Грей не видел причин скрывать что-то от Сесила, зная, что Генри Бартлетт сумеет получить показания Билли в течение нескольких часов. Поэтому он наскоро перечислил основные пункты признания. Выслушав до конца, Сесил холодно осведомился:

– И вы верите какому-то мальчишке? Серьезно считаете, что я в этом участвовал?

– Абсолютно серьезно. Меня все время донимала одна мысль: почему вы держали в секрете существование Митчела до самого января? Впервые вы встретились в августе, а в сентябре Эдвард предположительно покончил с собой, выбросившись с балкона.

В ноябре исчез Уильям. И все же вас ничуть не волновало то обстоятельство, что возвращение новообретенного внука в лоно семьи каким-то образом совпало с этими несчастьями. Мало того, вы не сообщили о нем полиции, расследовавшей оба происшествия. И знаете, что это мне сказало?

– Что я сентиментальный, доверчивый старик, ослепленный угрызениями совести, из-за того, что лишал Митчела его законного наследия? – саркастически предположил Сесил.

– Нет, что вы хитрый, коварный, надменный манипулятор людскими судьбами, у которого появилась необходимость в новом наследнике, на которого можно было бы положиться. Но вы не хотели, чтобы полиция или кто-то еще узнал, где он обретался последние тридцать четыре года.

– Спасибо, – сухо, но искренне ответил Сесил, – вы совершенно правы.