Каждый за себя

Мистером в зоне отчуждения называют того, кого явно стоит уважать, хотя пока и непонятно, за что. Корпоратов же практически все боятся. Очень многие ненавидят. Некоторые перед ними заискивают. Но вот уважать не уважает никто.

Протиснувшись между ржавым трамваем и горой мусора, Винс добрался до двери. Мимоходом оценил оборванную цепочку… силы убийце было явно не занимать. Засов, кстати, уже свинтили.

— Слушай, а чего не убрали-то? — погода стояла холодная, бывшую манипуляционную выстудило, но воняло все равно, будь здоров.

— А кому он мешает? — отозвался мальчишка, благоразумно не пошедший следом. — Хотите, мис… не-мистер, вселяйтесь и выкидывайте. А так — он лежит, крысы гложут, растут. Потом их кто-нибудь поймает и съест. Кому от этого плохо?

Винсент про себя рассмеялся. Очень ему иногда не хватало такого вот простого отношения к жизни, как в черных секторах.

Рейдер зашёл внутрь. Медленно двинулся вдоль стены, осматривая манипуляционную. Ничего ценного здесь уже не осталось, даже мебель вынесли всю, кроме негорючего операционного стола.

Наверное, и его бы утащили, но не захотели возиться с трупом и отмывать.

— Слышь, парень, а во сколько его грохнули-то? — в манипуляционной никаких подсказок, кроме вскрытого трупа, не нашлось.

— Да кто его знает. У Керро надо спросить, — ответил мальчишка, сплевывая через дырку в зубах.

— Чего у Керро-то сразу? Мало ли кто мог.

— Мог много кто, — согласился паренек и твердо добавил: — Но этого точно Керро вскрыл. Мусорный с Ушлым поссорился, а Керро, мало того, что мясников не терпит, так еще и с Ушлым в корешах.

Вы чего, не-мистер, тут у нас раньше ужас просто творился. На улицу не выйти было — мигом разберут. А потом Керро пришел и за одну ночь троих мясников убил. Те, которые живые остались, обиделись, отправились к бонзам… не вспомню уже, как их звали. Бонзы, значит, парней собрали, на Керрову лежку отрядили… а его там уже нет. Парни назад, а ихние бонзы кверху ногами подвешены, и глотки перерезаны. А на следующий день Керро еще троих органлегеров убил. Ну, мясники посовещались, собрали бабла и к Ушлому. Ушлый бабки взял и двинул на лежку к Керро. Перед входом в дом даже своих амбалов оставил. А потом вышел и мясникам говорит: так, мол, и так, вот сколько вы сегодня занесли, столько будете заносить каждый месяц, наших секторальных не трогаете и дышите через раз — тогда живы-здоровы будете. А кто залупнется или косячить начнет, с того я свою защиту сниму, он и ночи не проживет. С тех пор лучше намного стало.