Казнь без злого умысла

 – Раз ты такой трепетный и не любишь, когда тебя посылают, я решила избавить тебя от этой неприятности. Приму удар на себя. А ты останешься белым, пушистым и неглупым, если что.

– Ася! Обидеть хочешь?

Настя рассмеялась.

– Коротков, ты забыл, что у тебя сеанс связи с банкиром Каменским? В восемь по Москве, в одиннадцать по местному времени у вас конференция по скайпу с ним и его директорами. Так что иди в номер, бери мой ноутбук, пароль я тебе на бумажке написала, и отчитывайся перед начальством.

– Блин! Чуть не забыл, – пробормотал Юра.

 – Ладно, делай как знаешь.

Настя пулей домчалась до лифта, потом по коридору до своего номера, схватила сумку и выбежала на улицу. Машина стояла там, где и обычно, Володя почитывал газетку.

– Что пишут? – весело поинтересовалась Настя, усаживаясь рядом с ним.

– Да хают городские власти, как обычно, мэра нашего с грязью смешивают, опять про убийства экологов талдычат, дескать, мэр и руководство УВД ничего не предпринимают. Ну, эту газету Горчевский проплачивает, это всем известно.

– А в других газетах что?

– Да по-разному, кто за Смелкова глотку рвет, против Горчевского выступает, а кто наоборот. У нас перед выборами мэра всегда так.

Без двадцати десять Анастасия Каменская стояла в приемной начальника УВД. У нее двадцать минут. Всего двадцать минут на то, чтобы быть убедительной и не показаться сумасшедшей. Задача не из легких.

Игорь Валерьевич оторвался от бумаг, которыми был завален весь его стол, поднял голову, снял очки для чтения и хмурым взглядом уставился на Настю.

– Я вас внимательно слушаю, Анастасия Павловна.

– Игорь Валерьевич, я сейчас быстро и коротко расскажу вам одну историю. Если вы сочтете, что из нее можно извлечь полезные выводы, буду рада. Если вы так не сочтете, я просто уйду и больше не стану вам докучать.

– Ну, начинайте, – усмехнулся Баев. – Я весь внимание. Надеюсь, история не слезливая и не душераздирающая? Вы не будете просить помочь какому-нибудь бедолаге и прекратить в отношении него уголовное дело, потому что у него больная мама и маленькие сестры?"

"– Ни в коем случае, – заверила его Настя.

 – Помощь бедолагам – не мой профиль. Мой профиль – помощь коллегам. Итак: добрая старая Англия, тысяча девятьсот шестой год. Восьмидесятипятилетний ученый Фрэнсис Гэлтон, всю жизнь писавший труды по статистике и теориям наследования. Ежегодная выставка животноводства и птицеводства. Вот такая экспозиция. На одном из стендов шли соревнования по угадыванию веса.