А вдруг эпизод в субботу вечером - ошибка? Если мне только привиделось в моем болезненном состоянии, как черное тело падает из окна? Если, в конце концов, я ошибся окном? Мало ли народу выбрасывают из окон, это дело житейское. Этажи я толком не считал, не до того было. Может, двенадцатый, а может, и не двенадцатый. И мертвую куклу на обледенелом асфальте близко не разглядывал. И ветер мог шевелить совсем не те, а чьи-то другие каштановые волосы. Ведь в декабре в семь вечера ничего не видно, а свет фонаря так неверен, так обманчив.
Нет, мертвая женщина на асфальте точно была Таня, но те двое в ""восьмерке""? Разве я видел лица или слышал голоса? Что я видел? Маленькую фигурку в куртке с кепкой, какие носят все подряд. Сейчас, когда вспоминаю, мне кажется, что это была все-таки мужская фигура, плечи широкие. Лешка за два часа до этого был в куртке - как же он в длинном черном пальто оказался? Конечно, мог домой заехать или на рынке купить, но все же... И для чего ему переодеваться перед убийством в такую маркую, неудобную одежду? В куртке убивать гораздо сподручнее.
Походка? Просто эта походка мне мерещилась во сне и наяву. Я едва не застонал вслух - сумасшедшее состояние возвращалось ко мне. Ведь я же все решил! Уехать! Не тешить себя иллюзиями!
...дурак, идиот, перестань выдумывать, уезжай, беги...
Чувствуя себя как бык, или овца, или свинья, которых ведут на бойню, я развернулся и, все ускоряя шаг, пошел ко входу в метро, натыкаясь на прохожих, получая толчки и провожаемый сердитыми взглядами.
Еще успею до отхода поезда на ""Пражскую"" и обратно. Можно взять тачку, но на метро быстрее. Постой, паровоз, не стучите, колеса, кондуктор, нажми на тормоза. Кондуктор не спешит, кондуктор понимает, что с девушкою я. Кондуктор, он все понимает...
Стоя в переполненном вагоне, пытался думать, но мысли - бедные мои задохшиеся рыбки - не шевелились. Я понимал, что должен уехать, но не менее ясно понимал, что уехать не могу, не сделав попытки еще раз их увидеть - не знаю, для чего.
Не могу, и все.
Если опоздаю на этот поезд, куплю билет на какой-нибудь другой. Да при чем тут поезд, кретин, ты уже ни на какой поезд никогда в жизни не попадешь, если сейчас же не выйдешь из вагона и не вернешься на Комсомольскую. Твой поезд ушел, давно ушел...
Сейчас вторник, он на работе. Чудно, конечно - киллеру работать в учреждении, платить взносы, таскаться по собраниям. Зачем? А может, все киллеры теперь так живут, им видней.
Она, возможно, дома. Она почти всегда дома.
