Вернулся домой и продолжил чтение. Признаться, начало романа меня порядком заинтриговало: действие разворачивалось на фоне нашего района, дома и подъезда, а читать о знакомых местах всегда любопытно. (Кое-что автор изменил: свою фамилию Чернов переделал в Черных, ""фольксваген"" в ""опель"", Свиблово - в Чертаново, а супермаркету ""Аврора"", в котором завязывается зловещая интрига, дал несуществующее название ""Перекресток"", но меня это обмануть не могло.)
Наверное, следует сказать о соседе несколько слов.
Это одинокий молодой человек. Описать его внешность мне трудно, я не художник. Среднего роста, худой. Моя жена находила его чрезвычайно привлекательным. Вспоминаю еще короткий русый ежик и поразительно красивые - такие красивые, что даже я это заметил, - серые глаза; красивые, но странные: из-под всегда полуопущенных ресниц они сияли сухим, электрическим блеском, ослепительным, но холодным. Набираю на клавиатуре эти слова, и меня не оставляет смутное ощущение, будто я их невольно позаимствовал, но откуда? Я ведь практически не читаю художественной литературы.
Посоветоваться бы с женой, да не хочу показывать ей то, что сейчас пишу.
На вид ему было чуть больше двадцати, и я весьма удивился, узнав, что мы ровесники. Ему повезло: он относился к той породе людей, которые сохраняют обманчиво юный вид чуть не до самой пенсии. (Не могу не позавидовать. Автомобиль, пиво и телевизор произвели надо мной разрушительную работу, и я в свои тридцать три уже имею солидный живот, очки и залысины.
) Но вернемся к соседу. Что он за человек или, точнее, каким человеком был?
(Ибо теперь я твердо убежден, что описанный им кошмар оказался реальностью, и бедняги нет в живых. А теперь та же участь ожидает и меня!)
Он был замкнут, скромен, вежлив. От жены я знал, что он переехал в Москву недавно, нашел работу в очень приличной фирме, потом по неизвестной причине уволился и стал тунеядцем.
Имел почти новый ""фольксваген"", но продал. Обстановка в его однокомнатной квартирке была скудная, но чистая. Гости к нему раньше совсем не приходили, но в последние недели зачастила какая-то девушка и несколько молодых мужчин. Отставной полковник, живущий этажом ниже, рассказывал о каких-то чудесах, что он проделывал в тире, то ли левой рукой, то ли с завязанными глазами; впрочем, я стрельбой не увлекаюсь.
