Сузив глаза, я добавила: — Ты сказал, что будешь рядом, если мне что-то понадобится. Что ж, прямо сейчас мне нужно позвонить.
Мой брат напрягся. — Если это для того, чтобы позвонить ему, то нет. Ты слышала маму.
Мне не нужно было уточнять, кого он имел в виду. Мы оба знали, что он имел в виду Джонни. — Тогда могу ли я получить свой собственный телефон?
Даррен раздраженно вздохнул. — Шэннон, прямо сейчас нам нужно сосредоточиться на семье. Социальные работники дышат нам в затылок, а полиция — в задницу. Нам не нужны лишние хлопоты.
Я знаю, ты считаешь, что мы несправедливы, но пока так и должно быть.
— Тогда мне ничего от тебя не нужно, — холодно ответила я. — Кроме как закрыть за тобой дверь.
— Шэннон…
— Она ошибается на его счет, — прошипела я, уже слыша все это раньше. Прошло три дня с тех пор, как я видела Джонни в последний раз. Три дня с тех пор, как он приехал в больницу навестить меня. И три дня с тех пор, как моя семья решила, что это плохая идея. Маме Джонни никогда не нравился, и теперь я знала почему.
Он заставлял ее нервничать. Он слишком много знал, и это пугало ее. Так и должно быть. — И ты это слушаешь.
— Я ничего не слушаю, — устало ответил он. — Я даже не знаю этого парня.
— Вот именно, — прошипела я. — Ты его не знаешь.
— Я знаю, что мама права насчет того, что ты сейчас находишься в уязвимом душевном состоянии, — вмешался он. — Привязываться к нему вредно для здоровья."
"— О боже мой. — Я закрыла глаза и поборола желание протянуть руку и что-нибудь сломать.
— Вы оба отвратительны. — Резко открыв глаза, я уставилась на своего брата. — Он мой друг, Даррен. Мне разрешено иметь друзей, ты же знаешь!
— Друг, которого твой учитель застукал в какой-то раздевалке верхом на тебе с юбкой вокруг талии?
Я покраснела, как свекла. Черт бы вас побрал, мистер Малкахи. — Мы целовались, — выдавила я. — Это оно.
— Я не осуждаю тебя, Шэннон, я подвергаю сомнению твое суждение. Это большая разница, — поспешил сказать он. — Человеку на твоем месте, пережившему тяжелую травму и пренебрежение, было бы очень легко с головой окунуться в то, к чему ты эмоционально не готова, потому что вты почувствовала вкус привязанности.
И… — осторожно добавил он, — кому-то было бы очень легко воспользоваться человеком в таком состоянии духа.
— Ты так ошибаешься насчет него…
— Просто выслушай меня, ладно? — он снова перебил. — Я говорю это не для того, чтобы причинить тебе боль. Я просто пытаюсь, чтобы ты осознала.
