КГБ в смокинге. Книга 1

Из того, что такси везло меня по указанному адресу около получаса, можно было сделать вывод, что это обычный загородный клуб. Я вдруг поймала себя на мысли, что для скромной советской журналистки, никогда не выезжавшей дальше Варшавы и Софии, этот клуб в богатом пригороде Буэнос-Айреса был вовсе не обычным, а как раз наоборот. Но таковы уж совграждане, которым выпадало счастье (или несчастье) побывать на загнивающем Западе: они быстро привыкали к роскоши и начисто забывали о хамстве и удручающем постоянстве родных очередей.

Так сказать, противоречие между пространством и временем.

То ли Юджин знал, что в этот час здесь малолюдно, то ли так сложились обстоятельства, но на открытой веранде ресторана не было ни души. Он появился минут через десять после того, как меня торжественно усадили, обложили меню и поставили на стол огромный бокал апельсинового сока, которым запросто можно было напоить целую футбольную команду.

Юджин возник в поле моего зрения внезапно: долговязый, с взлохмаченными волосами, в легком светлом костюме, он шагал по выложенной розовыми плитками тропе и напоминал озабоченного предстоящими экзаменами старшекурсника.

Привыкнув к нему, я перестала замечать штрихи, по которым русские всегда безошибочно определяли иностранцев: покрой одежды, своеобразие стрижки, раскованность движений и какое-то беззаботное выражение лица. Реакция наших людей на этот джентльменский набор была, как правило, однозначной: с жиру бесятся гады! Но чем больше я наблюдала за этим парнем, выглядевшим значительно моложе своих лет, тем больше поражалась удивительной и труднообъяснимой работе генов. Несмотря на стопроцентно американское воспитание и образование (о его профессиональной подготовке я старалась тогда не думать), Юджин, как мне казалось, представлял собой сугубо русский тип мужчины. Не советский, а русский. Таким ребятам в студенческих театральных студиях обычно предлагают роли Базарова или Треплева.

— Скажи, что ты с нетерпением ждала меня, — потребовал он, едва усевшись за стол и вытянув свои длинные ноги к ножке моего стула.

— Это уж точно пароль?

— Как ты догадалась?

— Дело в том, что последние две недели я общалась исключительно со шпионами.

— Ту же фразу ты могла бы произнести и с большим оптимизмом.

— Если бы ты не общалась со шпионами, мы бы никогда не встретились, — Юджин извлек из кармана золотистую пачку «Бенсон энд Ходжес» и протянул ее мне через стол. — Закуривайте, гражданка.

— Ты не забыл, что сегодня я угощаю?

— Ну да, ты — грузин.