КГБ в смокинге. Книга 1

 — Да или нет?

— Значит, они тебя на самом деле перевербовали?

— Так что ты теперь — двойной агент?

— Ну что ж, тогда нам есть о чем посудачить…

Как передать то ощущение легкости и даже невесомости, которое я испытала после этих слов? Наверно, такие же чувства испытывают парашютисты, когда после затяжного падения в холодную безмолвную бездну над их головой раздается долгожданный хлопок раскрывшегося купола.

— С тобой страшно играть, Витяня…

— Когда на кону собственная жизнь, страшно играть даже с младенцем.

Ладно, хватит болтать, у нас мало времени, — Витяня допил перно и закурил очередную сигарету. — Я думаю, там, в Москве, они тебя не расколют. Учти, мы обмениваем жизнь на жизнь. То есть мою на твою.

— Пояснее, пожалуйста… — я вдруг вспомнила о существовании кофе и отпила глоток. Кофе был ледяной, как мои ноги. — После твоих экспериментов с часами мне как-то трудно сосредоточиться.

— Когда у тебя связь?

— Клянусь тебе, я не знаю. Мне должны позвонить.

— Понятно. — Витяня начал торопиться.

 — Слушай внимательно: первое, что ты скажешь своему связному, должно выглядеть примерно так: я тебя раскрыл, у меня есть неопровержимые факты, доказывающие, что ты ведешь с Лубянкой двойную игру. Пока я жив, эти факты спят. Если они продолжат охоту за мной, я пущу их в ход. Тебе нравится такая сделка?

— У меня нет выбора.

— Они могут поинтересоваться, какими фактами ты располагаешь…

— Их много. Назовешь один: в моем распоряжении есть пачка превосходных фотографий, на которых запечатлены ты и твой куратор из ЦРУ в постели.

— Где гарантии, что этими снимками располагаешь только ты, а не, скажем, все руководство КГБ? — задавая этот вопрос, я внутренне поражалась собственному хладнокровию. В любой другой ситуации от таких бесед меня бы уже давно вывернуло наизнанку. Но в том страшном разговоре все шлюзы для эмоциональных выплесков были наглухо перекрыты. Просто два зверя боролись за свою жизнь. Впрочем, не совсем так: я боролась сразу за две жизни.

— Гарантии? — Витяня хохотнул.

 — Они появятся минут через пятнадцать. Как только придут в себя и застегнут штаны. Неужели ты не понимаешь: если бы эта интернациональная порнуха попала к нашим, в Орли тебя встречал бы не консульский хмырь в звании старлея, а пара санитаров с носилками, чтобы отволочь твой труп в ближайший морг? В том-то и дело, что ты справилась со своим заданием, и у наших есть основания тебе верить. Кто-то, кстати, заработает на тебе пару звезд на погоны, а то и орден.