Химера

Еще в караулке на него накатила прострация. В глотку словно запихнули шланг, включили сжатый воздух и выдули все мысли, чувства, желания, оставив пустоту и бессилие. Он отрешенно слушал пустую болтовню охранников и смотрел на бесконечную череду дорогих авто, въезжающих в ворота отеля.

А в голове крутилось одно.

На полу он пролежал часа полтора. Потом дверь открылась, и мордастый опер втащил два стула и штатив с цифровой видеокамерой. Установив штатив у дальней стены, он посадил Митю напротив, снял наручники.

Пока Савичев растирал вдавленные красные полосы на запястьях, в комнату буднично вошел Горюнов.

Опер молчаливо удалился, закрыв дверь, и Митя остался наедине со следователем.

Горюнов снял пиджак, повесил на спинку второго стула.

Он достал телефон, набрал чей-то номер.

– Мы начинаем, – сообщил в трубку.

– За что я арестован? – спросил Митя дрожащим голосом.

Горюнов протянул бутылочку.

Пока Митя хлебал воду жадными глотками, следователь включил видеокамеру.

– Вы не арестованы, а задержаны, гражданин Савичев, – объяснил он.

 – Как я уже говорил, мы вас подозреваем в убийстве. Причем не в одном.

Его слова звучали до жути серьезно.

– Это невозможно, – сказал Митя.

– Еще как возможно. И я вам сейчас это докажу…

– Послушайте, – заговорил Митя, захлебываясь словами и косясь на снимающий его глазок. – Послушайте меня, пожалуйста. В это сложно поверить, но вы должны, потому что вы – представитель закона. В Истринском водохранилище есть невероятное существо. Получеловек-полурыба.

Он похищает людей… Вы слушаете или нет? Он похитил Наташу, мою жену…

Горюнов выключил видеокамеру, подошел к Мите и с размаха влепил ему пощечину. Митя изумленно замолчал.

– Хватит! – рявкнул Горюнов. – Хватит валять дурака! Вы подозреваетесь в серьезнейшем преступлении. Расклад таков: я задаю вопросы, вы отвечаете. Хотите излить свою бредятину, я дам бумагу, напишете в СИЗО фантастический роман. А сейчас от вас требуется отвечать на вопросы. Ясно?

Митя подавленно кивнул. Горюнов вновь включил запись.

– Отвечайте прямо и по существу. Где вы были в ночь с десятого на одиннадцатое июля?

Митя помнил этот странный вопрос еще с их первого разговора.

– Вы, кажется, уже спрашивали.

– Я провел эту ночь в компании друга.

– Ваш друг утверждает, что вместе вы были лишь до одиннадцати вечера.

– Он ошибается. – Митя заволновался. – Мы расстались значительно позже.

– Ладно, – согласился Горюнов. – Допустим, что в день пропажи первой жертвы у вас есть алиби.