Химера

Дождь лил как из ведра, внизу ничего не видать, только расходящиеся круги среди бурлившей от ливня воды.

– Где он? – бросил подбежавший охранник-водитель. Он был запыхавшийся и злой.

– Вниз сиганул, – объяснил Николай.

– Твою мать! Небось башку расшиб. Здесь мелко, камни.

– Не так уж и мелко, – сказал, заглядывая через перила, патрульный. У него был фонарь, и широкий луч упал вниз. Некоторое время все трое, прикрываясь ладонями от ливня, разглядывали поверхность воды.

– Сука, попал в свою стихию, – пробормотал Николай.

– Где он? – На мост влетел Горюнов. – Где? Где?!!

Все трое указали вниз.

– С моста прыгнул, Андрей Палыч, – объяснил Николай.

– По крайней мере, не всплыл.

– Поплатился за свои злодейства, – сплюнув, сказал водитель. – Так же кончил, как девочки, которых он топил. Так ему и надо, собаке.

– Нужно осмотреть берега, – сказал Горюнов, подумав. – Спускайтесь вниз. Он мог всплыть ниже по течению.

– Как тут всплывешь, – возразил водитель. – Утонул парень, тут и говорить нечего.

– Если утонул, найдите тело.

– Как мы его найдем, Андрей Палыч? Тут водолазов надо.

– Как упустили, так и найдете! – рявкнул следователь. – Давайте, живо!

Николай с водителем поплелись на левый берег, патрульные отправились по правому. Горюнов в одиночестве остался на середине моста. Свесив голову через ванты, он разглядывал окруженное кустами полотно реки.

Митя воткнулся пятками в дно – под мостом действительно оказалось неглубоко. Икры прострелила боль. На счастье, дно покрывали не камни, а песок, иначе он переломал бы ноги.

Он плотно сжал губы, удерживая драгоценный воздух. Очень хотелось вынырнуть, но выныривать нельзя. Нужно оставаться под водой как можно дольше – даже несмотря на то, что в этот раз у него нет акваланга.

Он сможет. Должен смочь.

Держась у дна, Митя поплыл в направлении смутно ощущаемого берега, вытянув вперед скованные руки, работая только ногами, пересекая пласты холода и мрака. Сколько он уже под водой? Тридцать секунд? Минуту? Он удерживал дыхание, как в детстве, когда словно исчезал под водой, удивляя друзей и пугая родителей.

Митя плыл до тех пор, пока не почувствовал, что легкие сейчас лопнут. Лишь ощутив невыносимый вакуум в груди, устремился к поверхности. Бесшумно, без единого плеска высунул голову из пузырящейся воды.

Внутренний компас не подвел.