Хочу любить своего врага

Он, как и она, тоже решил получить свидетельство о разводе на руки по горячим следам.

Глеб еще пару месяцев назад даже подумать не мог, что его потаенное желание исполнится. Он гнал от себя даже мысли о Лизе. И вот теперь он счастлив как никогда в жизни. Они не станут тянуть со свадьбой. Теперь, когда Лиза получила развод, ничто и никто не помешает их счастью.

У Глеба за спиной словно выросли крылья. Все прекрасно, все удивительно, все просто сказочно. Осталось только познакомиться с родителями Лизы и официально попросить у них руки дочери.

Хотя это отдает каким-то средневековьем. Но наверняка Лизиным родителям это будет приятно.

Про своих родителей Глеб как-то забыл. И вдруг неожиданно понял, что пора поставить их перед свершившимся фактом – он сделал Лизе предложение руки и сердца, и она приняла его. Правда, получилось у него это слегка криво, но разве это важно? Главное, что Лизе понравилось.

Глеб представил, как расстроится мама. Или растрогается. Но плакать будет обязательно. Она очень сентиментальна и льет слезы по любому поводу.

В душе Глеба еще теплилась надежда, что мама обрадуется, что сын остепенился.

Ноги сами несли его в дом родителей. Надо поскорее закончить эту формальность и договориться об официальной встречи родителей и Лизы. И чтобы мама при этой встрече была дипломатична. Когда она узнает Лизу поближе, то обязательно полюбит ее как родную. А пока… А пока Глеб даже думать не хотел, что сейчас начнется.

Он поднялся в квартиру родителей и вошел в прихожую.

– Глебушка, – из зала выглянула мама.

 – Не ожидали тебя. Обедать будешь?

– Я сыт, мама, – Глеб поспешил раздеться и пройти в зал. – Но от чая не откажусь.

Пожалуй, чай должен способствовать снятию напряжения при важном разговоре.

Отец сидел в глубоком кресле и смотрел передачу по истории то ли Месопотамии, то ли раннего Минойского царства. Впрочем, это вполне мог быть и Египет. В древних цивилизациях Глеб не разбирался.

– По делу, или просто пришел? – оглянулся на Глеба отец, снимая очки. – Ты не представляешь, как мне мама вынесла мозг этими Максаковыми и их внучкой.

Не знаю, с чего она решила, будто мне приятно общаться с ними, – доверительно сообщил отец. – Пашка всегда меня эксплуатировал как негра на плантации. Но твоя мама вбила себе в голову, что мы едва ли не друзья.

– Так сказал бы ей об этом, – посоветовал Глеб.

– Пытался. Но она страшно расстраивается. Ей льстит, что она может при случае козырнуть знакомством с самими Максаковыми! – вздохнул отец.