Хочу твоим первым

"Без поцелуя не пройдём ни одну аллею

Стою и смотрю на Гордея не в силах ни исполнить его просьбу, ни отказать.

В мыслях и ощущениях у меня все перемешалось. Боже мой, да он хоть понимает сам, о чем меня просит?

Подношу руки к блузке и стискиваю ее застегнутый наглухо воротник.

- Можешь смотреть, но только со спины, - нахожу я компромисс. – И только с того места, где стоишь. Ближе не подходи.

А потом резко отворачиваюсь от него.

Замираю. Прислушиваюсь к тишине. Уговариваю себя сбросить зажатость и стать для него чуточку раскованнее.

Одну за одной расстегиваю пуговицы на блузке, медлю пару секунд, вздыхаю, а затем осторожно скидываю ее с плеч.

Блузка скользит вниз и опадает куда-то к моим ногам.

По голой коже сейчас же разносятся рои мурашек, но не от холода, а от нереального чувственного удовольствия, завязанного на остром волнении, тонущем в осознании своей оглушающей и небывалой смелости.

Возможно, для кого-то такое могло бы показаться незначительной мелочью, но для меня это очень и очень большой шаг, который я делаю навстречу ему, буквально переступая через себя и свое воспитание.

Мой бюстгальтер тоже достаточно мокрый, но его снять я, конечно, не рискую. Мне даже подумать страшно о таком. И в то же время волнительно, неизведанно, чувственно.

И все же... этого я сделать сейчас никак не могу. Или…или...уступить ему...

Не знаю, откуда берется моя смелость, но я вдруг стягиваю и лифчик тоже. Резко, порывисто, пока не передумала. Наверное, не слишком эротично.

- Гордей, подай мне, пожалуйста, футболку, - прошу я срывающимся голосом и жду, что он подойдет и протянет ее мне.

Позвоночником я остро ощущаю все колебания и движения воздуха. Оборачиваться, конечно, не рискую.

Но от мысли, что он рядом, когда я не совсем одета, меня реально и ощутимо колошматит.

Гордей говорит ровным спокойным голосом. И ничего больше не предпринимает.

Я жду, когда он протянет руку и передаст мне футболку, но ничего подобного отчего-то не происходит.

- Гордей…, - переживаю.

- Она рядом с тобой. Повернись и возьми, - произносит он, все также не транслируя никаких эмоций, кроме спокойствия.

- Вообще-то честно, Бельчонок. Я не трогаю тебя и не целую. Даже не подхожу вплотную, хотя очень хочется.

Щеки, чувствую, загораются очередным жарким румянцем.

- Не бойся. Повернись и возьми футболку. Это просто.

Голова не работает, тело словно в трансе каком-то.