Хочу твоим первым

Гордей перезванивает, но я не принимаю вызов. Он что-то пишет, я отключаю телефон.

Потому что понимаю вдруг со всей отчетливостью, что если поеду к нему, то тетя с мамой окажутся правы. Я действительно стану продажной.

Окажу ему определенные услуги в обмен на то, что смогу у него жить.

То есть…это ведь уже не будет романтическим свиданием.

Он разрешит у него жить, а я…буду должна ему за это. Если мне не захочется, у меня не будет права возразить. Он сможет выгнать меня в любой момент, а я должна буду угождать, чтобы этого не произошло.

Слезы капают из глаз, и я размазываю их по щекам. И вместе с сумкой плетусь обратно к подъезду.

Вхожу, поднимаюсь на свой этаж, звоню в звонок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Тетя распахивает дверь почти сразу и в немом изумлении смотрит на меня.

- Арина? – восклицает она, снова хватаясь за сердце. – Но…как?

- Я вылезла через окно, - говорю я, опустив голову.

- Через окно, - повторяю я. – Думала убежать, но…ты права, идти мне некуда.

- Господи, боже мой!

Она чуть не силой втаскивает меня в прихожую и захлопывает дверь.

- Боже, что надумала, - ощупывает меня и я позволяю ей это.

Мое тело слабое и безвольное.

– Как не расшиблась-то. Господи. И как только в голову пришло. Все, спать будешь сегодня в моей комнате. Поняла?

Я уже и сама думаю, что чуть не совершила сегодня непоправимую ошибку. Хотела пойти против семьи, против своего характера. Против всего, чему меня обучали с детства.

Правильно, очень правильно.

Как только я могла подумать, что с Гордеем у нас может быть что-то серьезное. Я его люблю, очень сильно, но он же ветреный мажор, который часто меняет девушек. Наверное, точно такой, каким был Виолин парень. Он…я не устою перед ним и стану той, о ком они говорят.

А потом буду сидеть с разбитым сердцем, как сестра, кусать локти и обливаться слезами.

Если уже сейчас мне так плохо, то что же будет потом.

Телефон я в этот вечер так и не включаю.

Я уговариваю себя, что поступаю правильно, и, если хоть на секунду перестану напоминать себе об этом, я сойду с ума. Потому что мое сердце раскалывается сейчас пополам и этот процесс оказывается для меня очень и очень болезненным.