Ходячее сокровище

Ругать пленника за хулиганство даже не подумали. Каждый отведенные четыре секунды попытался потратить с пользой. Гвоздь изо всех сил вырывался, утробно при этом мыча; Кольт и Блокадник бросились к дверям, но при этом столкнулись, и оба завалились, после чего попытались продолжить путь на четырех конечностях, продолжая мешать друг другу.

Укрытий в помещении нет. Легкие пластиковые стулья от осколков не спасут, стол чересчур узкий, вмонтирован ножками в пол, да и не кажется слишком крепким.

Единственное, за чем здесь можно спрятаться, — это за квазом.

И потому Читер, расчетливо отправивший гранату за спину громилы, цеплялся за него так, как утопающий за соломинку не цепляется. Если повезет, осколки примет на себя спина Гвоздя.

Но только лишь на живой щит не рассчитывал. Раз за разом лихорадочно активировал Улыбку Фортуны. И — о чудо — на третьей попытке умение сработало! Блокадник, торопясь покинуть помещение, перестал поддерживать блоки. Теперь доступна и магия Континента, и все прочее.

И Читер перестал цепляться за толстую шею.

В этом больше нет смысла. Время почти вышло, а одно из двух дополнений к Улыбке Фортуны в момент активации на полторы секунды защищает персонажа от повреждений. Прилети сюда сейчас тяжелая авиабомба, ничегошеньки с Читером не станется.

Если не считать риск того, что его погребет под руинами.

Запал догорел, грохнуло и сверкнуло. Но даже не оглушило. Просто неприятные ощущения в ушах и быстро сходящая на нет рябь перед глазами.

Плюс ощущение свободы в правой руке и частично в ногах.

Да и свинец, загрузивший тело своей тяжестью, куда-то пропал.

Гранаты бывают разными. Именно эта в двойном корпусе содержала несколько тысяч стальных шариков. Эдакий дробовой заряд, при подрыве разлетающийся во все стороны. Убить одиночная дробина сможет только при очень удачном попадании, но в таких количествах, да еще и в небольшом помещении, это гарантированное поражение всего и вся. К тому же стены и потолок бетонные, следовательно — рикошетные.

Твердый поражающий элемент способен отразиться от них не один раз, прежде чем столкнется с поверхностью, которая его поглотит.

Скотч с правой руки содрало множеством попаданий. На ноги ему тоже досталось, но он продолжал держаться. Читер задергался изо всех сил, разрывая остатки, после чего шагнул наконец на пол.

Помещение выглядело скверно. Заполняющий его дым раздражал ноздри, также ощущалась вонь испражнений. И вряд ли виной тут только Чеснок.