Холодное сердце Кая

Какая же сладкая она, какая горячая…

По шее губами вниз, до самой ложбинки, а ведь на ней лифчика нет. Дергаю с плеч платье, и оно быстро скользит, оголяя кожу. Мурашки… Вижу, ты хочешь, моя девочка. И я хочу.

Обхватив губами сосок, втягиваю его, оставляю влажный след и затем легонько дую. Наблюдаю, как Ри совершает глубокий вдох и такой же сильный выдох – вот так, малыш, так и надо. Повторяю свой манёвр и только ещё больше убеждаюсь, что делаю все правильно. Отвлекаюсь, зависая над ней, сжимая ее грудь в своих ладонях… Как же тащусь с ее реакции!

И она не тормозит.

Своей ручкой так мою ширинку наглаживает, что хочется уже взорваться. Тяну за края своей футболки и быстро снимаю с себя, руки Эрики начинают метаться по моему телу, свободно изучая, а я пытаюсь избавить ее от платья. Весьма успешно. Дальше не спешу, залипая на шикарной фигуре – в купальнике это одно дело, а в тонких трусиках – совсем другое.

– Кааай, – шепчет, растягивая мое имя.

– Не останавливайся.

И не вру. Мне хватает нескольких секунд, чтобы окончательно раздеться и натянуть резинку.

Знаю, парни терпеть не могут презики, а мне не нравится прерываться. И с ней тем более не хочу, это же явно самый кайф, когда вместе до самого финала.

– Ри, сколько у тебя было парней?

Она застывает на секунду.

– Просто хочу знать.

– Ты о тех, с которыми до кровати дело доходило?

– Один в школе и один в универе. Но знаешь, первый ничего не умел, а второй любил пожестче.

– Избавь меня от подробностей, и вообще, забудь про них нахрен, – говорю, а она подвисает.

 – Эй, ты чего?

– Активно? – и я толкаюсь в неё. – Активно, говоришь?

Я хватаю ее ноги под коленями и раздвигаю сильнее.

Она обнимает меня сильнее, прижимая к своей груди, и я буквально дышу ей в шею, переключаясь на мочку уха, которую так и хочется укусить. А она ещё в серьгах.

– Снимешь? – спрашиваю, подцепив пальцами серьги. Ри быстро их вынимает, убирая на прикроватную тумбочку. И вот тогда я резко засасываю мочку, целую за ушком, обхватываю ладонями ее шею.

Большие пальцы рисуют круги на ее порозовевших щечках, а затем я надавливаю на ее губы. Не знаю, что ещё может быть пошлее и нежнее одновременно, чем мой палец, который обхватывают эти пухлые губы. Помню, как она говорила – эти губы все могут. Не врала.

Я дорвался до десерта, в котором долго себе отказывал, и сегодня готов облопаться. Один раз – это лишь начало. Я ещё хочу.

А пока пусть отдохнёт, раз уморилась. Ну, знаете, оргазм – дело приятное, но утомительное.