Холодный ветер перемен (СИ)

Неудачное для нашего куратора от КГБ, зато я там выгляжу как картинка — взгляд светлый, одухотворенный, само лицо выражает стойкость и презрение к смерти, спина прямая, руки сжаты в кулаки. Я стою перед памятным камнем нашим солдатам и видно, что я достоин их памяти! А вот Антон Петрович, попавший в кадр с краю, выглядит непрезентабельно. Камера поймала момент, когда тот, подленько улыбаясь, смотрел на ноги толстоватой фрау лет так под полтинник. Контраст с моим выражением лица разительный.

— Я в первый раз фото вижу, — сразу отметаю подозрения я.

Эрик пытается говорить по-датски, потом на плохом английском, а потом уже на понятном мне и ему немецком языке:

— Я не фотографировал товарища!

— Отрежем край, будет фото и вам, и мне, — щедро предлагаю я, не переводя фотографу.

— Ладно, отрежем так отрежем, а это что у тебя? — «молчи-молчи» смотрит дальше.

Там всё пристойно! Я на фоне обоих памятников.

— А камень зачем сфотографировал? — особист всё пытается найти криминал в снимках.

— Там имя деда моего школьного товарища. Не вру, всё так! — поясняю я.

Ещё раз недоверчиво глянув на меня, Антон Петрович стал просматривать газеты. Сначала старую. На ней строй советских солдат-победителей, вдоль которого идут какие-то важные персоны — женщина и неизвестный иностранный военный, «конвоируемые» советским генералом сзади.

— Кронпринц Фредерик, кронпринцесса Ингрид с командующим советскими войсками на Борнхольме генералом Ф. Коротковым обходят строй советских войск (Аллингё, июнь 1945 г.

Петрович благосклонно кивает и смотрит следующую газету. А там строй наших моряков, и мы с дипломатами в качестве зрителей. КГБшник опять попал в кадр, но тут он уже не скалится, а имеет скорбное выражение лица. Видно — коммунист отдаёт память погибшим солдатам. Красавец! А я ехидно предполагаю про себя, что потерянного брелока ему жалко.

— Свежая? А где купить можно? — тут же вскинулся «красавец», обращаясь к Эрику.

Перевожу сразу уже ответ, ведь Эрик понял вопрос и отвечает, пряча улыбку в седых усах:

Всё, я стал неинтересен Антону Петровичу. Тот пулей метнулся за деньгами, очевидно. Вопрос только в том, сколько он экземпляров газеты купит?

А я иду на тренировку. В отеле имеется свой спортивный зал, жаль без мешков, но ничего — работаем по воздуху.

— Это ты хорошо с фото придумал, — пыхтит рядом Цзю.