Хомякус советикус-1.4

Набрали с ним всяких продуктов для Мони и подарков для Леи и вернулись к Моне.

Мой же путь был к братьям, в их мастерской я выложила машинку и ксерокс для ремонта. Оказалось, что арабы готовы помочь справиться с таким ремонтом. В ксероксе они просто заменили вал на запасной от ксерокса фирмы, тут их легко можно купить отдельно. С машинкой они поколдуют, а я пошла в лабораторию Леи и начала с мыла. В основном делала наборы для женщин. Поэтому, мужские средства расфасовывала вручную. Как раз доставили заказ тары для меня и я отложила тару для сорока женских и всего десяти мужских наборов.

Остальную тару в мешках переместила в свою личную лабораторию на стеллажи. Работу продолжила после ужина, вместе со мной были братья на расфасовке и арабы на подхвате. На завтра оставила изготовление капсул и возможных экспериментов. Ушла из лаборатории совсем поздно, перед уходом озадачила Жеку картами, схемами Парижа и фото Палыча на фоне достоприменчательностей. Эти партизаны-арабы прекрасно знали Париж и предлагали Жеке свою помощь в разборе карт.

Вернулась в свой дом и сразу отрубилась.

К открытию бассейна я была уже у дверей и сразу начала разминку. Наплавалась в противотоке, гнала от себя опасения нашего визита в министерство. К Ларику перешла раньше оговоренного часа, он уже завтракал, так что и мне досталось с его стола. Продолжили уже в его кабинете: он составил тезисы и кратко мне их изложил. Заводу предоставляют практически самостоятельность при условии выполнении им министерских планов. Всё, что сверху, сами реализуем и сами тратим.

Завод сам заключает договора со смежниками, получает от министерства деньги за продукцию, то есть хозрассчёт, получается смесь социализма с кусочком предпринимательности. Ещё чуть чуть и дойдем до акционирования.

Я переоделась и нас повезли на чёрной чайке Ларика. У дверей министерства нас уже ожидали директор с Милой. Когда директор увидел меня рядом с Лариком, думала его хватит удар: непривычно выпрямленный стан и стеклянные глаза.

Подвела Ларика к своим сотрудником и представила директора и Милу как главного экономиста, при этих словах директор отмер и Ларик начал с ним разговор перед входом.

Я метнулась во внутрь и по местному телефону сразу меня соединили с дамой из бассейна. Вернулась на улицу, где Ларик уже строил заводчан. Смысл его инструкций заключался в том, что мы все ходим в его тени и молчим. На все вопросы отвечает Ларик. То есть никакой самостоятельности, ходим молча и держимся в его тени.