Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Чернов заливается смехом и, наконец-то, отходит от двери, в пару шагов преодолевая расстояние между нами.

— Ты говорил про прошлое, — пожимаю я плечами. Боже, ну и угораздило же меня связаться…

Я ещё только думаю, что ему такого сказать, а его рука уже скользит по моей спине, притягивая к своему хозяину.

— Вер, — шепчет он мне в губы. — Я люблю тебя. Слышишь?

— Знаю, — совсем тихо бурчу я под нос. Он проводит пальцем по моей нижней губе, отчего мой рот слегка приоткрывается.

— И это всё? — никак не унимается он.

— Будешь так нелепо себя вести, точно будет всё.

И он целует. Медленно и осторожно, забирая вместе с прикосновениями и касаниями всё напряжение сегодняшнего дня. А я ведь почти клюнула. Спасибо, что хоть верить меня заранее научил…

Гостей было "немного". Всего лишь человек 150–200 самых родных и близких. По крайней мере, по столичным меркам мероприятие считалось вполне скромным.

Я старалась держаться в стороне, напрягаясь от любопытных взглядов, которые то и дело бросали в мою сторону.

За два с половиной года музыкально-богемная тусовка почти забыла о моей скромной персоне, а тут я, живая, цветущая и несторчавшаяся (что было вполне распространённым явлением среди творческой молодёжи). Впрочем, это было не главным, как и моя фиолетовая голова. Ведь, сегодня не только родители вступали в официальный брак, но и я в глазах общественности меняла свой статус, превращаясь из приблудной дочери в законную. Мало кого волновало, что отец признал меня ещё при рождении. Так что для сплетен причин хватало. И меня это бесило.

Сидела на стуле и дулась, а Стас успокаивающе гладил меня по спине.

— Значит, плохо пытаешься. У тебя даже зубы от недовольства скрипят, — со знанием дела замечает он. Тоже мне специалист по моим настроениям нашёлся.

За это он получает порцию моей строптивости.

— Чернов, отвали, ты мне страдать мешаешь.

Стас лишь усмехается и утыкается носом мне за ухо, тем самым запуская волны мурашек по моему телу.

Интересно, это когда-нибудь прекратится? Сможем ли мы когда-нибудь перестать впадать в экстаз только от одних прикосновений? Появится ли у нас когда-нибудь чувство пресыщенности друг другом? Перестанет ли его дыхание на моей коже быть самой интимной вещью во всей вселенной? Надеюсь, что нет.

Нам всё время мало. И дело тут не в сексе, а в чём-то более глубинном и личном. Это было сродни наркотику или какой-то иной зависимости. Вот только оно ею не было.