Хозяйка дома Чантервиль

А я услышала для себя кое-что важное.

— Второй раз? — посмотрела мужчине в глаза и увидела в них сожаление.

— Прости за Перри. Он порой говорит, не думая.

— Ты её любил… — выдохнула поражённо. — Оливию, что была здесь до меня… Ты её любил, верно?

— Нет, — тряхнул он головой. — Я думал, что любил. На самом деле я испытывал чувства к тебе, Оливия. К тебе, что стоит сейчас здесь и сейчас передо мной. Я придумал образ и примерял его к ней, но она была совсем другой. Другая женщина, что любила того, кто был выбран ей самой судьбой.

Если думаете, что я отношусь к тому типу женщин, которые любят выносить мужчинам мозги, то сильно ошибётесь. Я не такая.

Но и не простушка, которой можно навешать красивых слов на уши и она растает, словно эскимо на солнце.

— Мне жаль, что твоё сердце было разбито, Джон, — заговорила я после минутного молчания и обдумывания ситуации. — Но я не могу вот с ходу сказать тебе «Да»…

Джон поджал губы, а его глаза в мгновение ока словно потухли.

А Перри и вовсе сник.

— Я так и знал… — прошептал дракон.

—.. или «Нет»… — добавила я. — Но больше склоняюсь к «Да». Но у меня есть кое-какое условие.

— Ведьма она в любом мире ведьма, — не унимался Перри.

— Какое условие, Оливия? — воодушевился Джон.

— Мне нужен, как и любой порядочной женщине конфетно-букетный период, — заявила безапелляционно и начала перечислять: — Подарки, прогулки под луной, поцелуи украдкой, романтические ужины, оды моей красоте…

— Лучше пусть скажет «Нет», — опять вставил своё слово дракон.

— А ты думаешь, мне этого всего не понадобится? — хмыкнула Эмили. — Я, между прочим, тоже люблю цветы, стихи и подарки.

— Да-а-а? А какие цветы тебе нравятся?

— Я тебя услышал, дорогая… — улыбнулся Джон. — Тогда, невеста?

Засмеялась в ответ и кивнула.

И без сомнений надела браслет.

Едва он оказался на моей руке, как тут же сомкнулся на запястье так плотно, что даже комар носа не подточит. Но неприятных ощущений не возникло.

Джон, тем временем, взял другой браслет — мужской и тоже надел на руку.

— Теперь ты официально моя женщина. Моя невеста, Оливия. Любимая…

Смущённо улыбнулась. Непривычно было слышать из уст такого грозного мужчины подобные нежности. Но я не осталась в долгу и также смущённо произнесла:

Джону явно тоже понравилось, как звучит это слово в моём исполнении.

— Между прочим, ты мне с первой встречи понравился.

— Правда? — удивился Тёрнер.