Хозяйка дома Чантервиль

А вот их сын, принц Уильям выглядел немного странно — вроде бы здоровый ребёнок на вид, но я отсюда ощутила, что с ним что-то не то.

Нахмурилась и решила поделиться своими ощущениями с Джоном после бала. Не нужно говорить о монаршей семье при таком количестве народа.

— Где наша гостья? — без лишних слов тут же перешёл к делу король.

Первые слова монарха означали, что можно подняться и смотреть уже не в пол, а прямо.

Джон взял меня за руку и повёл через расступающуюся перед нами толпу прямо к тронному помосту.

Мы остановились в нескольких шагах от короля и королевы и поклонились.

Король подал знак глашатаю и тот во всю силу лёгких объявил:

— Его Величество Король Рональд Эрдарский Первый открывает бал в честь своей гостьи леди Оливии Чантервиль, которая стала Хозяйкой пересечения миров! Благодаря ей, наше королевство вступило в дипломатический контакт с миром кентавров и миром пожирателей! Куратором леди Чантервиль назначаю инквизитора Джона Тёрнера.

Отныне, леди Оливия Чантервиль получает жалование равное тысяче золотых в месяц, при обнаружении и исследовании новых миров жалование увеличиваю до трёх тысяч золотых! Заявляю, что леди Чантервиль отныне и до моей отмены находится под покровительством короны и получает награду в виде Ордена Золотой Звезды!

Я опешила от этих заявлений. А Джон — хитрый лис! Меня даже не предупредил, что будет такое!

Ко мне подошёл слуга в синей ливрее и белых перчатках.

В руках он держал синий бархатный футляр.

Щёлк и я увидела, что на белом шёлке лежит самый настоящий орден.

Слуга Его Величества поднёс футляр Тёрнеру и тот с довольной улыбкой достал его и пристегнул его мне к лифу платья.

— Вот почему, ты посоветовал мне выбрать золотой цвет, — прошептала поражённо.

Джон улыбнулся, гордо глядя мне в глаза и поцеловал мою руку, когда закончил с орденом.

Слуга удалился, и король снова дал знак глашатаю.

— Леди Чантервиль и верный подданный королевства инквизитор Джон Тёрнер объявляют о своей помолвке!

После этого заявления я спиной ощутила обжигающие завистливые взгляды, по толпе пронёсся вздох удивления и разочарования.

Ещё бы, как я выяснила, Джон был завидным женихом. А тут, бац, и я прибрала его к рукам.

Охренелли поди захлебнулась своим ядом и сейчас в муках корчи, медленно подыхает где-то в сторонке.