Хозяйка дома Чантервиль

Я ей проводила по нужным местам, которые нужно сшить и та идеально, бесшовно всё скрепила! Как написано в инструкции, что если сшили не в том месте, то не страшно! Швы немного растянутся, позволяя будущей вещи сесть идеально, хоть на фигуру, хоть, как в моём случае — на кресло,

Обожаю артефакты, и тех, кто их придумал!

Перед натягиванием моих новеньких чехлов поверх мягкого материала, я закрепила ещё один слой ватина.

А потом я надела на кресло новый чехол.

— Идеально! — хлопнула я в ладоши.

— Не думал, что ты умеешь шить, — подметил Гарри. — Оливия не умела.

— Я не только шить умею, но и готовить и много чего ещё, — улыбнулась фамильяру. — А имея такие инструменты, как эти артефакты, и вовсе не нужно быть семи пядей во лбу. Ну, и как тебе наше чудо-кресло?

Гарри облетел и осмотрел артефакт со всех сторон и сказал:

— Знаешь, Ливи, вышло просто шикарно. Никогда бы не подумал, что это старинное кресло-артефакт. Выглядит, как новое.

Улыбнулась шире, и снова хлопнув в ладоши, сказала:

— Ну что ж, тогда не будем терять время зря! Начинаем читать!

— Итак, обязательно мне нужно изучить законодательство этого мира, — сказала я уверенно и взяла две толстенные книги с законами. — Ещё, историю неплохо бы узнать.

Том по истории опустился на талмуды с законами.

— Дальше, пусть будут записи Оливии… — продолжала я и положила тонкую тетрадь с рекомендациями моей предшественницы.

— Ливи… Что-то мне как-то не по себе… — проговорил Гарри. — Может, попробуешь сначала с одной книгой? К сожалению, я ничего не помню об этом кресле. Пытаюсь, силюсь, но ни одного проблеска не возникает.

Гарри подлетел ко мне и завис на уровне моего лица.

— Ливи, не спеши, пожалуйста, у меня предчувствие.

Вздохнула и погладила фамильяра по голому черепу.

— Дружочек, я сама трушусь, но давай на чистоту. Если что-то пойдёт не так, то уже неважно, одна будет книга или сто.

— Так может, сейчас его позовём? — спросил с сомнением Гарри.

— Ага, чтобы он начал задавать вопросы, с чего это я решила изучить основы магии. Ну уж нет. Только в крайнем случае.

— Не хочу я никаких крайних случаев. Ливи, мне страшно за тебя.