Хозяйка драконьего замка

В дом через пробитое окно запрыгнул Дарко и еще несколько знакомых дракониров. Все завертели головой, пытаясь считать по потерпевшему домику картину недавнего боя.

— Хозяйка, — выдохнул Дарко с облегчением.

Потом взгляд обежал картину побоище, и лицо его дернулось и застыло, улыбка сползла, словно стертая ластиком.

— Что здесь произошло? — в голос прорвались рычащие нотки.

Рядом с ним с беспокойством в глазах собралась целая толпа дракониров, ошарашено оглядывающих комнатушку. После все скопом воззрились на меня.

Но у меня не было сил разгадывать мужские ребусы. Одни дерутся, вторые рычат, третьи смотрят, как на Арахну, и меня совершенно не было сил на объяснения. Я устала, я хотела в душ, спать и стейк с кровью. А еще лучше два стейка. И генерала обратно. И ничего из этого получить я больше не могла.

Настроение, и без того дурное, стало совсем уж невыносимым, и волей-неволей я, наконец, взяла себя в руки. Хорошо у меня идут дела или плохо, а я последняя из Леяш и обязана отработать свой долг перед людьми, доверившими мне свою жизнь.

Царственно подвернув рукава, уселась в кресло, знаменитое своей недолгой историей выживания в бойне, и оглядела толпу драконов:

— Генерал мертв, — сказала глухо. — Отныне нам предстоит справляться своими силами.

Милош медленно развернулся, выпустив из рук Левеша, и тот неловко завалился на бок. В темных глазах мелькнуло потрясение.

— Так это правда? — спросил он. — Его отравили ядом Арахны?

— Да, — отвела взгляд, потому что лгать было опасно и глупо, поскольку я успела смотаться в Гнездо за несуществующим лекарством.

— Защита в доме не сработала, но когда генерал разогнал ифритов, мне удалось пройти в Гнездо, чтобы найти лекарство. А когда вернулась, генерал был мертв, и ифриты… Они забрали его.

Несколько секунд в доме стояла могильная тишина, давящая даже такие естественные звуки, как шелест листвы или свист лесных соек. Драконы молчали. А я словно впервые увидела их такими, какие они есть.

Слишком юные, слишком старые, отчаянные, уже видевшие край своей жизни.

Дети и старики. Вот моя армия. Старики, которые слишком любят свою родину, чтобы покинуть ее в тяжелый час, и безусые мальчишки вроде Левеша, слишком совестливые, чтобы бросить свою родню умирать в Леяше. Крепким сильным воинам император дал возможность выбора еще в день казни моих родителей. Остаться или уйти в его армию, служить Вальтарте и отмаливать грех Леяш, и большинство, конечно ушли. Многие бросили жен и детей, чтобы выжить.