Хозяйка драконьего замка

Правда не поднесла ранку ко рту, а спрятала в складки платья.

— Надеюсь, ты сдохнешь в муках, чертова иномирянка, — прошипела со злобой. — Сдохнешь, как сдохну я сама.

От манер и графского высокомерия не осталось и следа. Передо мной стояла разъяренная фурия, не стесняющаяся в выражениях и средствах достижения цели.

— Что ты вообще знаешь о моей жизни! Что ты…

Она родилась в месяц сбора семян, под самую зиму и первые три года почти не выходила за пределы маленького дворика. А к трем годам к ним во флигель пришел лощеный вейр в черном сюртуке.

Маленькая Фирре его боялась, но тот, не обращая внимания на ее плач, сажал ее на колено и клал в руки черный сгусток.

— Давай поиграем, глупое ты, дитя, — говорил раздраженно.

Пальцы жгло от боли, но он заставлял держать черную гадость с каждым разом все дольше, а мама никогда не помогала. Уходила в другую комнату и плакала. А потом лечила ей руки какой-то мазью.

А спустя несколько лет, Фирре уже сама держала эту черную штуку в руках и неплохо с ней управлялась.

Она уже знала, что красивый пугающий вейр ее отец, но сам он считает дочерью совсем другую девочку.

Красавица Виве была младше на несколько лет, но на много лет глупее и доверчивее. Зато вся в золоте, задаренная бессмысленными подарками с головы до ног, заваленная редкими книгами и восседающая на воскресном обеде в кресле главы дома, как главное сокровище.

К ее тринадцати годам, мать уже поняла, что красавец вейр лег с ней постель лишь однажды и далеко не по любви.

И даже не по капризу.

Он просто создал новую силу для своей еще не рожденной дочери, как когда-то создали такую силу для него самого. Девочку-тень для грязной работы. Поэтому красавица графиня проплывала мимо лебедью, не удостаивая взглядом их с матерью, а верный супруг крутился около нее верным псом. Леяши предпочитали брать жен по сердцу.

Ненависть ходила в ее жилах, когда Фирре сломала в руке артефакт, вынужденная подчиниться кровной клятве отца и убить императора.

Когда смотрела, как жгли ее мать. Когда ее заколотили в повозке с другими домочадцами, как дикое животное, и повезли в столицу для допросов. И утихла лишь когда в тюрьме к ней подошел жутковатый вейр в черном и предложил сделку.

И она, Фирре, не жалеет об этой сделке. Не жалела ни единого дня.

— Значит, ты активировала артефакт, убивший императорскую семью?

— Конечно. Наследница Леяш должна быть чиста, а я родилась для грязной работы.