Хозяйка Мельцер-хауса

Фрау фон Хагеманн, конечно, была возмущена этим дерзким ответом, особенно когда Герти добавила, что она всего лишь горничная, а не прислуга на кухне, но ничего не сказала. Дверь в коридор хлопнула, вероятно, Герти была снова отправлена на кухню.

Некоторое время все было тихо. Мария Йордан, облизывая палец, собрала оставшиеся нитки с шелковой ткани, а затем, поежившись от холода, поправила шерстяной жакет. Если угля так и не будет, можно пустить на растопку старую кухонную скамью, изъеденную жучками и готовую в любой момент развалиться.

– Да, милостивая госпожа. Я сейчас приду.

О, как она ненавидела, когда ее беспокоили посреди работы. Теперь ей пришлось отложить в сторону ножницы, подушечки для иголок, метр, ткань и все остальное. Потом уйдет много времени на то, чтобы снова все достать и продолжить работу.

Элизабет фон Хагеманн сидела за столом и завтракала. Завтрак состоял из хлеба, заменителя жира, джема, небольшого кусочка сыра и желудевого кофе. Настроение ее, похоже, было не из лучших – был ли этот факт связан с письмом полевой почты, лежащим рядом с тарелкой, Мария Йордан понять не могла.

По крайней мере, письмо казалось довольно коротким, майор не любил романтических излияний.

– Как обстоят дела с моим вечерним платьем, Мария?

– Я только что начала распарывать швы, любезная госпожа.

– Прекрасно. Оно понадобится мне на следующей неделе. Мы с моей сестрой собираемся пойти в оперу.

Это было давно известно Марии Йордан. Китти Бройер смертельно скучала с тех пор, как ее муж снова ушел на фронт, она посещала благотворительные мероприятия, ходила в оперу, и – Эльза по секрету сказала ей на ушко – ее даже видели на мероприятии, организованном социалистами.

В сопровождении своей свекрови! У всех уже давно сложилось не самое лучшее мнение о Гертруде Бройер. Она вышла из простой семьи, говорили, что ее отец работал в магазине колониальных товаров. То, что эта женщина притащила дочь фабриканта Мельцера на собрание социалистов, было просто невероятно.

– Я уверена, что работа того стоит, госпожа. Вы будете выглядеть в этом платье совершенно очаровательно…

Элизабет не стала отвечать на комплимент, лишь рассеянно кивнула, а затем сказала Марии, чтобы она прислушивалась к звонку: сегодня днем придет угольщик. Уголь надо отнести в подвал, ключ висит на крючке рядом с дверью.

– И хорошенько заприте подвал, Мария. Вы ведь знаете, что ночью уголь могут легко украсть.