Хозяйка Мельцер-хауса

Элизабет и Китти шли рядом с матерью, чуть позади несущих гроб, и Лизе показалось, что Алисия стала чуточку меньше. Однако она прекрасно держала осанку, шагала с прямой спиной и высоко поднятой головой – так, как ее учили в детстве в поместье фон Мейдорнов. Лиза завидовала тому, как держалась мать. Только узнав страшную новость, она не смогла справиться с горем и закрылась в своей комнате. Это было не в ее характере – делить с кем-то печаль, как это сделала Китти, сразу бросившись Мари на шею. Лиза плакала наедине с подушками, уткнувшись в них.

На вилле не было никого, кто мог бы ее утешить. Единственный человек, который был в состоянии это сделать и которому бы она позволила утешить и ободрить ее, был не вхож в ее семью.

Себастьяна она видела сегодня лишь мельком, когда он, одетый в костюм, взятый напрокат, подошел к ней выразить соболезнование, как это предписывало соблюдение формальностей. На какое-то мгновение им грозила опасность забыться. Она видела, как дернулись его руки, как он хотел притянуть ее к себе, но все же не осмелился.

Она тоже чуть было не кинулась ему на грудь, но условности взяли верх, и они ограничились простым рукопожатием.

Сейчас он шел в конце процессии, где полагалось быть служащим и рабочим фабрики. Неужели он тоже заметил, что между ними произошло? И если да, то о чем он думал, что чувствовал сейчас?

Она отогнала эти мысли и постаралась сосредоточиться на серьезной церемонии. Боже, в гробу лежал ее отец. Она потеряла его… потеряла навсегда. Он больше никогда не будет сидеть в своем кабинете.

Он больше никогда не будет завтракать вместе с ними и ворчливо шутить. Никогда больше не обнимет их…

Громкий раскат грома заставил всех вздрогнуть. Сверкнувшая в небе зигзагообразной нитью молния всполошила людей. Порыв ветра пронесся по старым деревьям, шелестя их листьями, подхватил две шляпы, они покатились по пыльной дорожке, и вскоре их поймали.

– Мы почти дошли до ворот, – сказал кто-то. – Слава богу! Здесь, под деревьями, может убить молния.

В голове у Лизы все перепуталось. Когда это было? На прошлой неделе? Или раньше? Почему именно сейчас ей пришел на ум ее разговор с отцом?

– У него ничего нет, Лиза. И я не могу дать тебе приданое еще раз.

– Да кого это волнует? Мы будем работать.

– Если он не найдет работу…

– Тогда я буду работать за двоих!

– Как только ты закончишь учебу. А когда она начинается?

– Тогда желаю вам терпения!

– Ну почему ты такая упрямая, Лиза? Ты же умная девочка.