Хозяйка Ольбранского замка

Волосы девушки собрали мне в прическу, ниспадающую на оголенные плечи тугими медными локонами. Подобрали украшения, соответствующие статусу. Изумрудный цвет платья выгодно подчеркивал их приглушенное сияние. В этом наряде я сама на себя не походила, но результат мне нравился.

Интересно, как отреагирует Гриша?

– Не устоит! – шепнула на ушко Бельская, снова прочитав мои мысли. – Нет, я не лезла к тебе в голову, – добавила она, – просто мысли у тебя на лице написаны.

– Как он? – спросила, заглядывая Нине в глаза.

– Жутко упрямый тип! – фыркнула она и рассмеялась. – Дознавателей уже до белого каления довел, а бедный Платон Ильич уже отчаялся добиться подробностей, как удалось справиться с агрессией во время первого оборота. Григорий подал рапорт об отставке, признал вину и твердит, что готов понести наказание. Отказывается сотрудничать. Говорит, что не станет намеренно ломать людям судьбы и делать из них монстров. Может, тебе удастся его переубедить?

– Мне? – я удивилась. – А с какой стати он меня послушает? Мы же ни разу нормально не поговорили, чтобы не поссориться.

– И, тем не менее, он тебя спас! Григорий пережил жуткую трагедию и сам превратился в чудовище, которое растерзало его семью. Только сильный человек способен жить дальше после таких испытаний. Его слова и поведение – отголоски пережитой боли, подсознательный страх привязаться к кому-либо, случайно навредить. Но это не означает, что он разучился чувствовать. Иногда поступки говорят сами за себя.

– У меня не получится.

– Я замотала головой. – Он не станет слушать, и я… Я вряд ли найду подходящие слова. Никому не пожелаю пройти через тот ужас, что я пережила. Это для меня, человека из другого мира, оборотни – персонажи из мифов и легенд, которые мирно сосуществуют рядом с людьми. А здесь оборотни – кровожадные монстры.

– Хм, в твоих доводах есть смысл, – Нина задумалась. – Но для магов, утративших дар и угасающих с каждым днем, это может стать спасением.

– Я тоже так думала, когда согласилась на эксперимент профессора Мечникова.

Но на деле все оказалось сложнее. Первый оборот – это жуткая боль, когда ломаются кости и кажется, что тебя выворачивает наизнанку. Без Гриши я бы не справилась, сломалась. Он удержал меня, запретил чувствовать боль, не дал сознанию скатиться в пучину безумия. Знаешь, я только сейчас задумалась, а что в этот момент испытывал он? Что, если взял мои страдания на себя?

– Если так, то это доказывает, насколько ты ему не безразлична.