Хозяйка Ольбранского замка

– Я и не боюсь! – ответила жениху. – Но мне кажется, что, потратив на себя хоть копейку, я уподоблюсь кровожадной Мари. Пусть лежит, а мы и так денег заработаем.

– Не обязательно ведь тратить на себя, – заметил Гриша, даже не пытаясь спорить.

Он такой внимательный стал последнее время, такой ласковый, что мне в голову приходили глупые мысли, будто его подменили. Зато у меня настроение скакало по десять раз на дню. И я бы уже давно сорвалась на кого-нибудь, если бы не мой обожаемый волк. Одно его присутствие рядом действовало успокаивающе.

– Ммм, любимый, ты гений, – проворковала, прижимаясь к его груди. – Я знаю, как использовать золото, чтобы оно послужило для добрых дел!

– Мы построим школу для крестьянских детей! И больницу, в которой будут лечить бесплатно. В наших краях мага-целителя днем с огнем не сыщешь. Если случается беда, крестьянам неоткуда дождаться помощи. А еще отремонтируем железную дорогу, построим собственную станцию и пустим паровоз с пассажирскими и грузовыми вагонами, который будет курсировать между Воронежем и Роднино.

– Боюсь, что одного клада не хватит, чтобы воплотить в жизнь все твои идеи. К тому же, кто этим будет заниматься? А как же фабрика? Завод? И ваше товарищеское предприятие по пошиву белья?

– Так ведь, мне не обязательно все делать самой! Через пару месяцев Зоя и Саша освоят процесс приготовления трюфелей и будут работать самостоятельно. Максим Яковлевич уже и так без меня справляется, только поспевай сырье поставлять.

– Любимая, я все понимаю. Твоя идея привлечь к производству конфет бывших магов, поселившихся на правом берегу, сработала. Но девушки никогда не достигнут твоего уровня. Только ты умеешь определить нужное количество и состав ингредиентов, сочетание которых дает неповторимый вкус.

– Это потому, что я – оборотень! – шепнула мужу на ушко. – Вот, если бы и они стали такими же, у них получилось бы ничуть не хуже.

– Знаешь, я начинаю подозревать, что вы с самого начала сговорились с императрицей, когда устроили в баронском доме реабилитационный центр. – Прозрел, наконец, Григорий.

– Разве мы сделали что-то плохое? Здесь остаются лишь те, кому по вкусу размеренная деревенская жизнь. К тому же, посмотри на Тимофея и Павла! Они все чаще выходят к людям в человеческом обличье, тянуться к общению. А две недели назад только и могли, что выть на луну и скалить зубы.