Хозяйка Ольбранского замка

Павлина, подай целительский амулет, пожалуйста, – обратилась к служанке, которая таращилась на наше появление ошарашенным взглядом.

– Так, ведь Матрена Саввишна его с собой забрала. Вы разве ее не встретили?

– Встретили, конечно! – кивнула. – Но она отстала по дороге. А, нет! Вот и Матрена.

Бабулька влетела в горницу, полыхая румянцем и праведным гневом. Впрочем, Григорий не дал ей времени, чтобы отдышаться, и сразу потребовал амулет и мазь заодно.

Получив необходимое, бирюк занялся моей лодыжкой, стащив обувь и попросив снять чулок.

Я велела нахалу отвернуться, после чего осторожно сняла требуемую деталь гардероба. Затем расправила ткань юбки, чтобы мужлан не увидел лишнего.

Григорий вновь ощупал лодыжку, теперь уже прикасаясь пальцами к обнаженной коже. Щекотно! И страшновато немного. Я еще помнила, как он дернул пострадавшую конечность без предупреждения. Больно было, между прочим.

– Амулет! – не глядя, бирюк протянул раскрытую ладонь к Матрене.

Она опасливо вложила продолговатый медальон с зеленым камнем в мужскую лапищу.

Странно, что не прогнала незваного гостя и не взялась сама воспользоваться амулетом. Наверное, дело было в непоколебимой уверенности, с которой действовал дикарь.

Хм, хотя дикарем после грамотного обращения с ранами и невероятным умением сохранять спокойствие, я бы его уже не назвала. Скорее, считала так из упрямства и сложившегося впечатления после нашей первой встречи.

– Вот, теперь все в порядке будет! – Намазав мою лодыжку мазью и наложив повязку, отодвинулся в сторону Григорий.

Пока он бережными движениями втирал лечебное средство, я мурашками покрылась и взмокла от напряжения. Невинные действия показались своеобразной лаской, с которой дикарь прикасался ко мне. А тут еще Матрена нависала коршуном, и Павка с Матвеем и Дуняшей глазели на нас, усевшись рядком на соседней лавке. Странное ощущение, ведь в поведении бирюка ничего не намекало на интерес ко мне, как к женщине. Кроме жаркого взгляда у ворот замка, и припомнить нечего.

Но я бы скорее приняла его за сарказм, желание задеть, а не попытку флирта. Это у меня фантазия разгулялась на почве стресса, наверное.

Зачем мне дикарь безродный, когда по статусу князь положен как минимум? На князя я замахнулась, конечно. На самом деле, не имело значения, какое социальное положение занимает мужчина, если между нами возникнут настоящие чувства.

Григория я побаивалась и не понимала, как к нему относиться.