Хозяйка Ольбранского замка

С ним можно договориться? Пфф! – Фыркнула вслух и нервно рассмеялась. – Дожила! Уже всерьез раздумываю, как буду договариваться с неразумной тварью. Впрочем, насчет неразумности спорный вопрос.

Если бы собственными глазами не видела, ни за что не поверила бы. В первый раз, когда заговорила с ним, он ведь понял все и не тронул. Кстати, я тогда тоже насквозь промокла.

Хм, может, предложить ему откуп? В виде сырого мяса, к примеру. А за это попросить, чтобы не появлялся в деревне или на территории замка. В лесу пусть охотится сколько хочет, только людей не трогает.

Невесело улыбнувшись мелькающим в голове мыслям, чтобы приручить зверюгу и держать в качестве домашнего монстра, я еще раз отжала плед, скатала его в рулон и отправилась обратно. Пока я сидела на берегу, солнце практически ушло за кромку, освещая горизонт розовыми отблесками.

Не успела я выбраться из кустов и свернуть к тропинке вдоль огородов, как навстречу вышел бирюк. Я вздрогнула, испугавшись не меньше, чем волка недавно.

– Григорий Михайлович, напугали. Что вы здесь делаете?

– Это вы что здесь делаете? – в ответ рявкнул мужчина.

– Гуляю, – ответила машинально и стушевалась под осуждающим взглядом.

– В такое время? Одна? Это небезопасно, – непонятно с чего вдруг проявил беспокойство бирюк.

– Вы следили за мной? – прищурилась, исполнившись подозрительности.

На секунду представив, что этот мужлан видел, как я плаваю голая, ощутила, как зарделись щеки.

– Очень надо! – фыркнул он пренебрежительно. – Я по делу зашел. Старая перечница сказала, где вас искать.

– Не старая перечница, а Матрена Саввишна, – поправила я. – Проявите капельку уважения к моим людям. Или вам не ведомо такое понятие?

– Как вам будет угодно! Ярослава Елизаровна, вы в курсе, кого притащили в деревню? Зачем этот забулдыга нужен? Он же весь завод по частям распродаст, лишь бы на бутылку наскрести.

– С чего вы взяли, что распродаст? Есть доказательства? Максим Яковлевич был хорошим управленцем, и я надеюсь на его помощь в восстановлении завода. А пить он бросил, слово дал, – заступилась за Шехнина.

– Горбатого могила исправит, – буркнул мужчина. – А взял я с того, что пару раз ловил на воровстве. По домам пустым лазил, искал, чем бы поживиться. И семейство у него такое же – вороватое.

– Семья впроголодь жила.