Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле

Доставай всё, что у тебя есть из одежды, обуви, шпилек, шляпок, цветочков, чулочков. Будем преображаться.

– Но это недопустимо! – недовольно ворчала Марта, видя, что я сделала с шикарным бальным платьицем её подопечной. – Сейчас все будут принимать девочку за деревенщину или дочку купца.

– Это то, что нам нужно, – прошептала я, повязывая платок на голову моей подопечной и пряча под ним красивые локоны. Опрятный ребенок из среднего сословия.

– Но вы испортили очень дорогое платье, оборвав все нижние юбки и не… Что вы задумали? – ворчащая Марта заметила, что я иду к ней с одним из своих нарядов.

– Марта, милая, – зашипела я, теряя самообладание. – Мы сейчас все переоденемся и тихо уйдём отсюда. Только я всё больше склоняюсь к мысли, что вас мы оставим в доме доктора на растерзание Филимону Ильичу. Он из ваших нервов верёвки совьёт. Вы хотите своими капризами навредить Настеньке? – мы обе перевели взгляд на её подопечную.

– Нет, я никогда не позволю… – голос Марты дрогнул, и она сдала позиции. – Как вы хотите меня нарядить? – сколько же пренебрежения в её голосе. Ох, как бы не намучиться с ней потом. Женщина вынула из кармана ужасного вида очки в роговой оправе, затем ещё какие-то безделушки и сверху положила бумаги. – Пусть пёс отвернётся.

– Больно надо, – зверь даже зубами клацнул. – Худая, как спичка. Жирка нет, не вкусная, – засмеялся тот и положил голову на кровать.

– Ах, ты! – пунцовая Марта искала, чем запустить в нахального зверя.

– Не время выяснять отношения. Что за пуританские взгляды на жизнь? – прошептала я, подавая яркие ленты для волос. – Теодор, будь добр, поставь зеркало, но только не бросай на пол.

Я с опаской смотрела на себя в зеркало, боясь увидеть совершенно чужое лицо. Но стоило отражению показаться, как я выдохнула. Это я, моё родное тело. Уф…

Через полчаса примерок я и сама себя не узнавала. Посоветовавшись с раздражённой Мартой, я сделала из себя зажиточную барыню, совсем недавно ставшую богатой и плохо разбирающуюся в моде.

Волосы были стянуты в ужасный пучок-сосиску на макушке, который мы украсили маленькими искусственными цветами.

Ещё лишь начало дня, а кожа на голове уже начала ныть. На лицо нанесли макияж: яркие синие тени, тёмно-зелёную тушь для ресниц. На нос водрузили очки в роговой оправе. На губы легла морковного цвета помада.

– Сколько мне лет? – поинтересовалась я, поправляя накладную грудь …цатого размера.