Хозяйка закрытого города

Мужчина постучал дверным молотком, и через минуту на пороге появилась пухленькая женщина в белом фартуке.

Барт привел меня в кондитерскую лавку, о чем свидетельствовали горы сладостей на полках. Несмотря на поздний час, мы оказались пятыми в очереди.

Не сговариваясь, выбрали эклеры, печенья с вишневым джемом и фруктовые корзинки, а мадам Шийя, как звали хозяйку лавки, подарила нам кусочек шоколадного тортика с орехами. Я с грустью подумала о лишних паре киллограмм, которые появятся на моей талии, если все это съем, а вот Барт едва ли слюной не капал, наблюдая, как упаковывают наши покупки.

Конечно, ему переживать не о чем, его тело бы нарисовать да на стену в рамочку повесить, а потом показывать гостям как произведение искусства.

— Я не напугал тебя? Ты стала какой-то молчаливой, — спросил он, когда мы вышли на улицу. Ночная прохлада освежала, и мысли путались не так сильно.

Качнула головой, улыбнувшись. Не напугал, но вот я теперь запуталась словно муха в паутине. Жгучее желание целоваться до умопомрачения никуда не делось, наоборот, стало еще сильнее.

Барт что без одежды, что в ней, вызывал во мне восхищение. Пугало то, что оно было плотоядным — то есть, была вероятность, что если я соблазню мужчину и все случится, то это наваждение исчезнет…

Захотелось отвесить себе пощечину за такие мысли. Там город голодает, а я мужиках думаю!

С этой мысли я больше не думала о голом Барте, и наконец смогла нормально смотреть ему в глаза. Вот когда решатся более глобальные проблемы, чем годовое отсутствие у меня мужчины, тогда и подумаю о разврате, а сейчас пора вспомнить про Оди.

— Я хочу порадовать одну девочку, и так как она живет в принадлежащем тебе городе, то твоя помощь наверное не будет расцениваться Исмантуром как вмешательство в мою судьбу, — я отложила недоеденный эклер на тумбочку. Мы уже были в гостинице и лежали каждый на своей кровати, болтали о веселых случаях из жизни Эббета, прописанных в летописях тех времен. Мой помощник хорошо знал историю, и слушать его можно было бесконечно.

Но маленькая девочка не выходила у меня из головы, особенно когда проскакивала мысль, что я тут объедаюсь вкусностями, а она там радуется крошечной конфетке, подаренной ей Нэтом.

— Что за девочка? — Барт прервал рассказ и тоже отложил печенье, чтобы показать, что внимательно меня слушает.

— Оди. Ей пять лет, она живет с Нэтом.

— Не говори так. Не знаю, чем вам так насолил Нэт, но мне он показался хорошим человеком.