Хозяин моего тела

Кровь стынет в жилах. Впервые в жизни не чувствую стыда. В самом унизительном положении, которое только можно представить. На коленях.

Почему он молчит? Забавляется? Или ждет что еще раз себя предложу? Хочет, чтобы умоляла? Но у меня ничего больше нет. То, что я сказала… это полное безумие. Это не по-настоящему. От отчаяния. Он же это понимает?

Красноречивая выпуклость в брюках босса говорит о том, что все как раз по-настоящему. Натуральнее некуда. Мы говорим о сексе. Серьезно.

Когда я уже почти готова заорать, потому что не могу больше выносить эту паузу, Тимур наконец произносит грубым, охрипшим голосом:

Для того чтобы выполнить приказ, поднимаюсь с колен.

Инстинктивно отхожу на несколько шагов назад, потому что находиться вблизи тяжело, этот человек душит меня одним своим присутствием.

Черт, так обзор будет наверное еще лучше, но я подумала об этом слишком поздно.

Завожу руки за спину, непослушные пальцы никак не могут расстегнуть застежку бюстгальтера. Юсупов не двигается, наблюдает пристально, но ясно что никак не собирается мне помочь.

Не то чтобы я хотела его помощи, нет. В этот момент единственное мое желание, чтобы он сквозь землю провалился, сдох у меня на глазах в мучениях!

Мне нравился это мужчина… Я сама во всем виновата и прекрасно это осознаю. И все равно, внутри плещется безумная, бескрайняя ненависть к нему. Потому что думала о нем, грезила, пусть и зная, что это все чушь полная. Когда ранят те, кто тебе ближе, кто нравится, к кому испытываешь чувства — это в разы больнее.

Сейчас я это поняла. Думаю еще долго буду анализировать… если вообще выберусь из этой грязи, жути, черной, липкой, которая все глубже засасывает меня.

У меня нет выхода… сейчас, после жестокого приказа раздеться я понимаю это еще отчетливее.

Отбрасываю простой белый бюстгальтер в сторону. Надо было в Тимура бросить, увы, подумала слишком поздно о таком варианте. И нет, все равно не решилась бы. Мне надо не разозлить его, а добиться чтобы пожалел… Боже помоги мне.

Снова кидаю беглый взгляд на жесткое лицо, на котором не дрогнул ни один мускул. Ему мало. Я все еще не до конца голая. Я это переживу… надо просто не думать. Поддеваю колготки, трусики, спускаю вниз одновременно. Никакого намека на стриптиз.

Теперь нужно подойти к нему. Каждый шаг дается с неимоверным трудом, ноги как свинцовые. Заживо сгораю от жгучего, ядовитого стыда. Чувство беззащитности убивает, хочется закричать, забиться куда-нибудь в угол.