Хозяин урмана

— И у вас уже есть подозреваемый?

— Я… не хотела бы оговаривать человека без веских доказательств.

Она прямо посмотрела мне в глаза и положила свою теплую ладошку поверх моей, лежавшей на столе. Я понял, что раппорт больше не понадобится. Надо же! Вот уж воистину не знаешь, где найдешь где потеряешь. От ее ладони исходило не просто тепло — долго скрываемое желание истосковавшейся по заботе и ласке женщины. И одновременно чуть подрагивающие пальцы выдавали накопившееся сомнение в душе этой незаурядной и красивой женщины.

Кто-то когда-то, наверное, сильно разочаровал ее в самых чистых и глубоких чувствах…

— Тогда я сам вычислю этого заказчика, — внезапно охрипшим голосом заявил я.

— Не сомневаюсь в ваших способностях, Дмитрий. — Мария слегка сжала мою руку. — Но вот вам еще одна зацепка, о которой не знают… конкуренты. Похоже, что пропал один мой сотрудник.

— Потому что я не знаю этого наверняка. Его зовут Антон Урманов. Он должен был выйти сегодня на работу.

— Приболел?.. Перепил?..

— Его телефон не отвечает.

— Уехал срочно куда-нибудь?

— Антон очень дисциплинирован и… немного влюблен в меня. Он бы обязательно предупредил об отъезде.

— А милиция о нем знает?

— Нет. Ведь они были здесь вчера. Антон тоже был на работе. Выставка как раз по теме его диссертации.

— И его найдем тоже! — бодро пообещал я. — А вы знаете, у меня уже есть версия!

— Вот как? Интересно!

— Да. Поскольку вы ставите под сомнение причастность к преступлению коллекционера, могу предложить такой вариант.

О раритетах узнали адепты древнего культа Тенгри! Скорее всего, они давно разыскивали их, и — вот удача! — обнаружили на выставке, почти не охраняемой. Для верности один из них посетил выставку, чтобы убедиться, что предметы на месте и разведать подходы к ним. А потом, под покровом ночи адепты проникли в музей и забрали бесценные вещи!

— Ну, чтобы совершить… возродить древний обряд.

— С какой целью? — Мария посмотрела на меня чуть насмешливо, как учительница на активного, но не слишком сообразительного ученика.

— То есть? — я невольно стушевался.

— Неужели все так серьезно?

— Вы даже не представляете, насколько!

— Значит, моя версия не годится?

— Думаю, что она маловероятна.

— Ладно. Подумаем о другой. — Я вдруг обнаружил, что в течение всего разговора держал Марию за руку. Теперь же пришлось делать над собой усилие, выдавливая слова: — А сейчас, с вашего разрешения, я откланяюсь.

Как же мне не хотелось отпускать ее руку! Марии, видимо, тоже.