Хранительница для короля-дракона

Почему бы, собственно, и нет? Если следовать их логике, то богатый красивый дракон всяко лучше престарелого соседа папеньки. А стерпится – как известно, и слюбится.

Мистер Силвери глянул на меня, как на слабоумную.

Правильно глянул, чего уж тут.

Я испытывала непреодолимое желание побиться головой о стол или стену. Останавливала меня лишь мысль, что от этого будет шишка.

В дверь кабинета деликатно постучали и на пороге возник Немью.

– Очень удачно, что я застал вас обоих, – пробормотал целитель и водрузил на стол увесистую стопку бумаг.

– Я не буду ничего подписывать, – упрямо помотала головой.

Мистер Силвери глянул на меня насмешливо и подтянул документы ближе.

– А тебе и не надо. Я как старший в роду имею право подписать все что угодно, тем более ты каким-то образом умудрилась превратиться в дракона сама, – хмыкнул он, бегло просматривая лист за листом. – Что очень кстати.

– Две трети, – поправил его целитель.

Но отец еще мысль не закончил.

– А компенсация нам не лишней будет, – сообщил он, ставя уверенную размашистую подпись и переворачивая страницу, чтобы поставить еще одну. – На вас, баб, столько расходов – уму непостижимо! Хорошо, что хоть от тебя польза и прибыль, для разнообразия.

– Так вот почему ты передумал! – озарило меня наконец.

– Конечно, а ты думала, я ради твоего личного счастья решил поступиться честью рода? – приподнял бровь любящий папенька.

– Уверяю вас, ни малейшего ущерба вашей чести или же достоинству вашей дочери причинено не будет, – неожиданно вмешался Немью. – Учитывая ее происхождение, скорее всего лично его величество пожелает взять в жены мисс Силвери.

Отец замер с занесенным над бумагой пером.

Снова вчитался в строчки.

– Может, тогда и размеры компенсации стоит пересмотреть? – протянул он. – Вы учитывайте, в роду ее матери все многодетные, плодовитая жена достанется королю.

– Возможно, после рождения первого ребенка мы пересмотрим условия соглашения, – увильнул от прямого ответа целитель.

Я закрыла руками лицо и застонала.

Сюрреализм происходящего не укладывался в голове.