Хроники Амбера. Книги 1 - 13

И это единственное место, где в последнее время бывали мы оба.

— Но в Илериуме опасно!

— Сейчас — уже нет. В этих двух Тенях течение времени довольно сильно отличается. Один день в Джунипере равен почти двум неделям там.

— А как же мой узор? — спросил я. Эйбер начинал с того, что рисовал на карте Логрус, а Дворкин сразу принялся за изображение улицы. — Разве тебе не нужно встроить его в картину?

Дворкин негромко рассмеялся.

— Ты начинаешь улавливать разницу между мною и Эйбером, — сказал он. — Эйбер не понимает, почему карты работают.

И не хочет это понимать. Вместо этого он рабски подражает моим ранним работам. А я тогда рисовал Логрус на каждой карте просто потому, что это помогало мне сосредоточиться. На самом же деле вовсе необязательно делать Логрус частью карты — но художнику, пока он работает, нужно постоянно держать его в сознании. И тогда Логрус, наряду с рукой художника, создает карту. В некотором смысле, это одно и то же.

— А тебе и не нужно. Это мое дело.

Он окунул перо в чернильницу и быстро завершил рисунок.

Это был всего лишь набросок — скупые очертания и слабый намек на задний план. Но несмотря на лаконичность — если не сказать скупость — изображения, в рисунке безошибочно ощущалось присутствие силы. Той самой силы, которой не обладали больше карты с Логрусом.

Я сосредоточился на рисунке, и он быстро начал становиться все более и более реальным. Вот появились цвета… синева неба… черные пятна обгоревших остовов зданий… голубовато-серый булыжник мостовой, усеянный красными пятнами черепицы… И внезапно оказалось, что я смотрю на улицу, залитую светом заходящего солнца.

Вокруг не видно было ни единого целого дома — лишь закопченные печные трубы. И я не заметил ни малейшего движения; не видно было ни людей, ни животных.

Стоило мне сделать шаг, и я преспокойно прошел бы через карту. Кингстаун и Илериум оказались на расстоянии вытянутой руки от меня.

Внезапно Дворкин накрыл карту ладонью. Я удивленно моргнул и поднял взгляд на него.

— Работает! — произнес он, и я уловил в его голосе нотку благоговейного страха. — Мы можем уйти!

— Сделай еще несколько карт, — распорядился я, — для пяти удаленных Теней. Выбери такие места, где нам ничего не будет грозить. Мы спрячем семейство в разных местах, там, где враги никогда нас не найдут.

— Но почему в разных местах? — удивился Дворкин. — Ведь вместе…

— Потому, что среди нас скрывается предатель, — напомнил ему я. — И я не знаю, кто это.