Хроники Амбера. Книги 1 - 13

Надеюсь, это задание не окажется для него последним.

– Стройся в боевой порядок! – снова выкрикнул я. Копейщики и пикинеры начали строиться, по-прежнему держа щиты над головой. – Шатры и все, что трудно унести, бросайте здесь! Оставить лагерь!

Я огляделся в поисках Коннера, но тот уже был в трех сотнях ярдов от меня. Я вытащил его Карту. На этот раз он отозвался мгновенно.

– Как там насчет какой-то особой поддержки, которую ты мне обещал еще в Амбере? Мы вряд ли выберемся отсюда без помощи.

Коннер озорно ухмыльнулся.

– У меня как раз есть на примете кое-кто подходящий.

– В смысле – кое-кто? Кое-какая армия?

– Нет, кое-кто, согласившийся поучаствовать. Его тебе вполне хватит.

Я недоуменно уставился на брата.

– Как правило, драконы не сотрудничают с людьми. Мы для них не более чем легкая закуска. Потребовалась масса уговоров. И масса золота.

– Как-как ты сказал? Драконы?

Я мрачно усмехнулся. Да, такой союзник действительно мог переломить ход битвы в нашу пользу.

– Я сделал его Карту и могу позвать его в любой момент.

– Да – и прямо сюда!

Я оборвал связь и посмотрел на своих людей.

– Расчистить свободное место – и побольше! – гаркнул я. – Наши планы изменились – к нам идет подкрепление!

Все разразились радостными криками. Солдаты быстро расступились, расчистив окружность диаметром футов в пятьдесят; я решил, что этого вполне достаточно.

Тут ко мне подъехал Коннер; он скакал во весь опор и теперь тяжело дышал. В руке у него была Карта.

– Готовы? – спросил он.

Он вручил мне Карту. На ней была изображена морда – огромная, чешуйчатая, с глазами, напоминающими черные угли.

Я поднял Карту и сосредоточился. Возникшее ощущение ошеломило меня... ощущение присутствия чего-то огромного, чего-то древнего, темного и могущественного. Чего-то очень умного и очень могущественного.

Голос оказался таким низким, что я едва его расслышал.

– Я – король Оберон, – сказал я. – Мой брат Коннер сказал, что ты нам поможешь.

– Да. Присоединяйся к нам.

Я протянул руку. Она коснулась когтя, холодного, как лед, и крепкого, как сталь. Я потянул. Чувство было такое, будто я тащу с другой стороны десять тысяч фунтов, но постепенно дело сдвинулось с мертвой точки. Сперва появилась когтистая лапа, покрытая черной чешуей, огромная и мощная, затем грудь, затем шея, голова, хвост...

И вдруг он возник целиком, внезапно, одним прыжком. И навис надо мной: сорок футов в холке, футов сто двадцать от носа до кончика хвоста.