Хроники Амбера. Книги 1 - 13

— Хм, — она все еще казалась рассерженной. — В следующий раз тебе стоит думать не только о себе. Мне тоже хотелось бы увидеть первозданный Путь. Я никогда не была там.

— В следующий раз, — я повернулся в сторону нашего отца. — По крайней мере наша копия Пути находится в подземелье, — сказал я. — Мы можем достаточно легко ограничить доступ к этой комнате и разместить повсюду охрану. Каждому, кто захочет уничтожить Путь, придется вначале взять дворец штурмом.

Отец медленно кивнул.

— Неплохая идея.

Вряд ли кому-то, кроме нас с тобой, может понадобиться прийти сюда. И, разумеется, следует убить каждого, кроме тебя, кто попытается пройти Путь. Путь настроен на тебя… только на тебя одного.

— Может, продолжим разговор в библиотеке? — предложила Фреда. Ее голос звучал устало. Возможно, пребывание в непосредественной близости от Пути негативно сказывалось на ней. — Мне здесь не по себе.

— Можешь идти, — мягко сказал я ей. — Мы присоединимся к тебе через минуту. Вначале нам нужно кое-что обсудить.

Утвердительно кивнув, она направилась обратно тем же путем, которым мы пришли. Все три светящиеся сферы поплыли за ней, оставив нас с папой с нашими фонарями и голубоватым свечением Пути в качестве освещения.

— Как ты обнаружил эту копию? — спросил я его. Нужно было подобрать название для этой копии. Может, Амберский Путь?

— Рабочие оценивали повреждения, нанесенные основанию дворца и наткнулись на него около получаса назад. Один из них ступил на Путь, — он указал на едва различимое сероватое пятно на границе Пути.

 — Как видишь, Путь уничтожил его — «испепелил его» — как сказал его напарник.

— Путь сделал это? — удивленно спросил я. — Вряд ли рабочий представлял угрозу…

— Путь защищается… так же, как и Логрус защищается от тех, кто не был рожден во Дворах Хаоса.

Я кивнул — в этом был смысл.

— Ты заметил изменения, произошедшие с Путем? — спросил я, указав на них. — Посмотри, эта часть линии сдвинулась. И там тоже…

— Да, — он сощурил глаза, разглядывая светящуюся голубую линию.

 — Путь был начертан заново. Во всяком случае, стал почти совершенен. Теперь он в точности совпадает с узором, который ты держишь в себе.

— Что значит, в точности? — спросил я. — Разве он не совпадал с ним прежде?

— Да, в основном. Я начертал его, но я являюсь уроженцем Хаоса, помни об этом. Я не мог проделать эту работу идеально, как бы ни старался, — папа виновато пожал плечами.