Хроники Амбера. Книги 1 - 13

И я буду безгранично предан ей, поскольку она предсказала мое возвышение.

По крайней мере, в одном предсказание Фреды оказалось верным: если бы не своевременное появление Дворкина в Илериуме, я уже был бы мертв.

— Ладно, — сказал я. — Тогда у меня есть вопросы. Что это за война, о которой все твердят? С кем мы воюем? И как я могу вам помочь?

Я не знаю точно. И, думаю, никто не знает — до сих пор на нас нападали лишь исподтишка. — Он сглотнул и продолжил: — Фреда сказала, что ты — ключ к спасению нашей семьи.

Я запрокинул голову и расхохотался.

— Чушь какая! И вы на это клюнули?

— Нет! — Эйбер встряхнул головой. — Это правда, брат. Фреда это видела… а все, что она видит, сбывается. Потому-то Локе и боится.

Что-то сдавило мне горло. Я видел, что Эйбер действительно верит в то, что говорит… верит в пророчество Фреды. Мне же оно казалось гадалкиным фокусом. Оно было настолько смутным, что пользы от него не было никакой. Точнее, оно годилось лишь для того, чтобы вертеть мною. И все же… За последний день я повидал столько чудес и столько проявлений магии, что невольно задумался: а вдруг я ошибаюсь?

— Ну, — сказал в конце концов я, — будем надеяться, что это правда.

Но наверняка я не знаю и никто не знает. И что, этого достаточно, чтобы Локе меня возненавидел? Просто потому, что Фреда считает, будто я могу спасти нашу семью?

— Нет. — Он снова заколебался.

— Значит, есть что-то еще, — сказал я. — Ну Давай, колись.

— Папа всегда говорил о тебе с любовью — даже слишком. Оберон то, Оберон се.

Рассказывал, каким великим фехтовальщиком ты становишься. А Локе всегда был ревнив и завистлив. О нем — он рос во Владениях Хаоса и вечно тыкает этим в нос всем окружающим — отец никогда так не говорил.

— А теперь я и вправду очутился здесь… теперь я из героя рассказов превратился в живого, осязаемого соперника… теперь Фреда предсказала, что я, а не он, спасу нашу семью… Локе чувствует, что его положение пошатнулось. И он почти в отчаянии.

— Ну, в конце концов, он ведь старший, — почти виновато сказал Эйбер.

 — Но папа свободно может выбрать себе другого наследника… которого больше любит… Тебя.

Меня?! Так вот в чем загвоздка! Фреда считает, что у меня есть шанс унаследовать титулы и владения, где бы они ни находились. Возможно, это ей и вправду сказали карты. Возможно, Дворкин катко дал ей понять, что я — его любимец. А может, Фреда настолько ненавидит Локе, что готова поддержать любого его соперника, какой только окажется под рукой.