Хроники Хокмуна. Рунный посох

Вэйон медленно отступал, по-прежнему держа меч перед собой.

По-видимому, еще никогда он не попадал в такое положение, и теперь не знал, что делать. Хокмун казался ему лишь дурным сном.

Вновь Хокмун нырнул под длинный меч, и вновь Вэйон отступил.

Д'Аверк, повернувшись спиной к корме и едва сдерживая своей саблей натиск матросов, запрудивших узкую верхнюю палубу, крикнул:

— Поспеши, дружище Хокмун, иначе у меня будет целая дюжина сабель!

Хокмун ударил Вэйона кулаком в лицо и почувствовал, какая у того сухая, холодная кожа.

Кожа мумии. Голова предводителя пиратов дернулась, меч выпал из его рук, и Вэйон без чувств рухнул на палубу. Хокмун подобрал оружие, с удовлетворением отметив прекрасную балансировку, поставил Вэйона на ноги и коснулся острием меча его солнечного сплетения.

— Назад, негодяи, или ваш хозяин умрет! — прокричал он. — Назад!

Матросы в смятении отступили, оставив три трупа у ног д'Аверка. Невесть откуда взявшийся Ганак, увидев Хокмуна, замер на месте и разинул рот.

На нем была надета только юбка; в руке он держал саблю.

— Ну, д'Аверк, пожалуй, теперь ты можешь присоединиться ко мне! — весело крикнул Хокмун.

Д'Аверк взобрался на мостик и усмехнулся:

— Неплохо, мой друг!

— Мы будем ждать до восхода солнца! — холодно сказал Хокмун Ганаку. — Затем ваши матросы направят корабль к берегу. Когда это будет исполнено и мы окажемся на свободе, я отпущу вашего хозяина.

Ганак бросил на них свирепый взгляд:

— Дурак, как смеешь ты так обращаться с Повелителем Вэйоном?! Разве тебе не известно, что это самый могущественный речной принц в Старвеле?

— Я ничего не знаю про ваш Старвель, дружище, но я смотрел в лицо опасностям Гранбретании; я проник в самое сердце Темной Империи и сомневаюсь, что ты сможешь запугать меня.

Страх — это чувство, которое я испытываю крайне редко, Ганак… Но заруби себе на носу: дни твои сочтены. Я отомщу.

— Раб, хмель первой победы ударил тебе в голову. Мстить будет лорд Вэйон!

Хокмун пропустил насмешку мимо ушей.

Рассвет уже позолотил горизонт.

Но, казалось, прошло столетье, прежде чем взошло солнце и окрасило розовым верхушки деревьев вдоль реки. Они находились у левого берега, в полумиле от небольшой заводи.

— Приказывай грести, Ганак! — крикнул Хокмун. — Правь к левому берегу!

Ганак бросил на него свирепый взгляд, но даже не пошевелился.

Хокмун схватил Вэйона за горло (тот закатил глаза) и провел мечом по его животу.