Хроники Зареченска. Дилогия (СИ)

Не дура! – Обиженный голос прервался – Ксения отключилась.

Александр виновато посмотрел на отца.

– Нашли время для ругани, – буркнул тот.

– Я вниз. Надо проверить самое уязвимое место в нашей обороне.

– Давай. И осторожнее там, сынок!

Перепрыгивая через две ступеньки, Бер скатился по лестнице на улицу, спеша к недостроенной стене.

Первым он увидел Игоря Подберезина.

– Началось? – спросил омоновец.

– Похоже на то. Вы тут как? Готовы?

– Настолько, насколько возможно. Жалко, что весь основной боеспособный состав отправился в рейд.

– Не время для угрызений совести. – Бер и сам уже успел пожалеть об отсутствии остальных омоновцев и половины военных.

Рация ожила, и Ксения крикнула:

Одновременно с ее голосом со стен послышались одиночные хлопки «калашей». Всем был отдан строгий приказ по возможности экономить патроны. Не прошло и минуты, как все стало не просто плохо, а очень плохо.

Наученные горьким опытом скоротечных столкновений с людьми, гноллы стремительными отрывистыми скачками приближались к стене, изредка останавливаясь, чтобы бросить в защитников камень или дротик.

Среди клановцев появились первые жертвы. Когда Бер поднимался на стену по лестнице, мимо него пронеслось тело и с приглушенным звуком стукнулось о землю. Стреляли уже отовсюду. Многие переключили режим ведения огня, потому что одиночными выстрелами неопытным клановцам труднее было попасть в гноллов, передвигающихся рваным ритмом.

Александр выглянул через амбразуру и чуть не схлопотал чемто прямо в лоб. Он машинально пригнулся.

Потом резко привстал, оценивая обстановку, и снова сел, несколько секунд напряженно размышляя. «Гноллов маловато будет – двадцать, может, тридцать рыл. Пусть даже, с учетом резерва, все пятьдесят или даже шестьдесят. Против нескольких десятков вооруженных людей… Чтото здесь не так!» Александр связался с сержантом, которого оставил вместо себя лейтенант Краско.

– Сержант, что на вашем участке?

– Если не брать во внимание изредка мелькающие рожи на пределе дистанции попадания, то тишина, – отрапортовал сержант.

– Внимательнее будьте, не расслабляйтесь.

Александр отключился. «Это хорошо, что ты понял. Мне бы понять, что происходит». Сердце сжалось от нахлынувшего предчувствия чегото совсем нехорошего. Бер лихорадочно заозирался, стало труднее дышать, перед глазами поплыли темные пятна. Его повело в сторону, и, чтобы не упасть, он оперся левой рукой о помост, на котором находился. Другой рукой вытер нос. Посмотрев на ладонь, увидел кровь.