Хрустальная ловушка

— Вот как? Интересно, почему?

Марк тяжело посмотрел на Звягинцева и опустился на сугроб. Собрав горсть снега, он неторопливо протер им лицо.

— Почему? Вас интересует моя версия?

— Чем больше версий, тем лучше. Будет из чего выбирать.

— Ну что ж, извольте. Я вам ее изложу. Я уверен, что Шмаринова убила сама Инесса.

В голосе Марка была такая дикая, такая непоколебимая уверенность, что Звягинцев даже крякнул. Он уселся прямо в снег рядом с Марком и внимательно посмотрел на него.

— Все очень просто. Игорь — очень состоятельный человек.

Очень. Недвижимость в России, недвижимость за границей, о банковских счетах я молчу. Инка — его единственная наследница. А такие суммы вскружат голову кому угодно, не только двадцатисемилетней сучке.

— Не очень-то вы ее жалуете, как я посмотрю.

— Не очень, это точно. Ненавижу шлюх. Она ни одного члена не пропускала.

— А вы свечку держали. — Звягинцеву стал неожиданно неприятен обличительный пыл Марка.

— Прожектор. Но это неважно. Игорь слепо ее любил.

Такой любви я вообще никогда не встречал. Такое случается со стареющими мужчинами, — Марк выразительно посмотрел на Звягинцева. — Все свое состояние он оформил на нее. Каждую годовщину свадьбы — бриллиантовое колье. Каждый Новый год — кольцо с сапфиром. Каждый День защиты детей — новая иномарка. Я уже молчу о Ницце, в которой она просто прописалась.

— А вы завидуете ей, Марк, а? Неплохо бы оказаться на ее месте, вы как думаете?

— Мне хватает моих денег. Я не бедный человек.

А теперь и она будет небедной. Очень небедной. Веселая вдова с приличным состоянием.

— Что ж, деньги — мотив хороший. Во всяком случае — убедительный.

— Конечно. Вы сказали, что Шмаринов не защищался. Конечно. Он и представить себе не мог, что удар нанесет ему его собственная жена. У нее хватило бы силы и цинизма ударить его прямо в сердце. Это ведь был рассчитанный удар, правда? Хорошо рассчитанный. А все остальные — для отвода глаз. Это в Инкином стиле — для отвода глаз…

— Вам виднее.

Но я не понимаю только одного: как женщина, получившая травмы обеих ног и, возможно, позвоночника, могла встать, пройтись по комнате и убить своего мужа.

Марк рассмеялся. Он смеялся так долго, что Звягинцев даже устал слушать его громкий, уверенный в себе смех.

— А кто вам вообще сказал, что она получила травмы? Вы знаете это только с ее слов. Ведь ваш хренов доктор, если, конечно, ему можно доверять, сказал, что никаких видимых повреждений нет.