Хрустальная ловушка

— Пал Палыч! — Резкий, высокий, запыхавшийся голос вывел его из состояния глубокой задумчивости.

Звягинцев обернулся. Вот это да! На ловца и зверь бежит.

Его догоняла Запесоцкая. В руках она держала свои сломанные очки и пользовалась ими, как лорнетом. Не очень изящно это у нее получалось, приходится признать.

— Я вас везде ищу, Пал Палыч!

Час от часу не легче. Сейчас грымза начнет приставать к нему с расспросами по поводу сегодняшнего прискорбного инцидента. Кто, да как, да каким образом, да сколько человек, да из какой гаубицы их подстрелили.

Звягинцев нацепил на лицо самую приветливую улыбку и поклялся ни слова не говорить Запесоцкой об убийстве.

— Долго жить будете, Наталья Владиленовна! Только что вас вспоминал…

— Не дай мне бог долго жить… Я к вам по делу. Очень срочному.

— Слушаю вас. — «Сейчас начнется», — подумал Звягинцев. Очевидно, ее уполномочила группа старых дев и разведенок, использующих горнолыжные курорты для дозаправки мужскими гормонами. Не исключено, что запасов тестостерона им хватит на целый год.

А кто-то из особо прытких увезет с собой и сперматозоида в подготовленной для этого яйцеклетке. Все наверняка уже знают, что чертово убийство повесилось на него, Звягинцева, а Запесоцкая с некоторых пор ходит в особах, приближенных к императору.

— Вы можете посчитать меня надоедливой…

«Обязательно посчитаю!»

— ..и мнительной особой, но… Дело в том, что я видела этого человека!

— Который был тогда с Кирой на трассе…

— Как? Я же говорила вам…

За всеми последними событиями Звягинцев и думать забыл о пропавшем Кирилле и о стенаниях Запесоцкой по поводу таинственного горнолыжника на трассе.

И вот теперь, в тот самый момент, когда на руках у Звягинцева оказался труп крупного бизнесмена, она вылезла со своей опереточной историей!

— Как я мог забыть? Конечно, не забыл.

— Как — что? Вы немедленно должны поговорить с ним. Он должен рассказать вам о том, что случилось с Кирой.

Запесоцкая посмотрела на Звягинцева в свой импровизированный лорнет.

— А вы уверены, что это именно он? — с сомнением спросил Звягинцев, глядя, как беспомощно щурятся ее глаза.

— Больше чем уверена!

— И когда вы его видели?

— Сегодня. Что-то около полутора часов назад… Я искала вас все время. Где вы ходите? И что делаете? Это ведь ваши прямые обязанности!

«Что делаю, что делаю… Членом груши околачиваю», — Звягинцев даже не мог сердиться на такую детскую непосредственность.