Хуррит 2

лишь вариант отсидеться в городе, пока не стихнут поиски Инанны, казался более разумным.

Устроившись на охапке сена, накрытой шкурой, любовался звёздами, перебирая варианты ухода из города. Прежде чем идти в храм за женой, надо проработать максимально безопасный вариант отхода. Вспомнился Инлал: может загримировать Аду под мужчину и так покинуть город? Инанна для хеттов значила гораздо больше, значит, и искать её будут тщательнее. Да и не спрячешь в мужской одежде её соблазнительные формы и красный цвет волос.

Остаётся один вариант — переждать в городе, пока пыл хеттов не утихнет в поисках своей богини. Рынок отпадает — здесь слишком много чужих глаз и сюда придут в первую очередь. Ночлежка Мунтала тоже не подходила — при всей симпатии ко мне, хозяин являлся хеттом. Да и я не мог свободно ходить по городу, став известным после своих многочисленных побед.

Насчёт каравана и товаров не стоило беспокоиться — даже вечером у нас появились покупатели. Хаттуш был довольно богатым городом, товары здесь расходились быстро.

Самум со своими помощниками взял на себя все вопросы по обеспечению животных и людей. Несмотря на то что мы находились на охраняемом рынке, мои люди, после трёхмесячной муштровки, несли вахту без напоминания.

Обошёл своих людей и животных, надеясь, что немного развеюсь и смогу уснуть.

— Идиот, — выругался вслух, вспомнив про монету Инлала. Эсор говорил, что, если показать монету гончарам, они окажут содействие.

Окрылённый надеждой, довольный лёг спать и заснул практически сразу.

Утром, едва рынок стал наполняться людьми, взяв с собой двоих «караванщиков-сангаров», направился к ремесленникам. Прозрачная накидка на лице давала мне преимущество — прохожие уступали дорогу, не желая контактировать.

У ремесленников ничего не изменилось — не хватало только старого эсора под деревом.

— Не подходи, — двое гончаров поднялись с места, преграждая мне дорогу.

Молча выудил монетку из кошеля и протянул одному из них: его я видел раньше, когда приходил сюда.

— Это от нашего брата, — гончары приложили руку к груди и наклонили голову: — какая нужда тебя привела, брат?

Убедившись в действенности монетки, откинул накидку с лица:

— Арт⁈ — я не помнил имени молодого эсора, но моё он не забыл.

— Я от Инлала, — не стал скрывать, — мне нужна помощь.

— Всё что угодно! Меня зовут Исаил, а это Румин, — протянул жилистую руку эсор.