Кьянти для невесты

Дрожь, дикое возбуждение, истерзанные шея и грудь. Моя рука на его твёрдом прессе и на том, что ниже, его жадные ладони на моей груди, его пальцы, проникающие в самые укромные уголки, мой рот, опьянённый гладкостью и вкусом его кожи, его горячее дыхание на моих бёдрах, мои губы, жадно исследующие шелковистую вуаль, готовую треснуть от распирающей её мощи, которая через мгновение объединит нас в одно целое…

Затем Роман превратил меня в сугроб душистой пены и, обняв сзади, намыливал так искусно и упорно, что вскоре я опять начала извиваться под его ладонями и оглашать ванную комнату сначала глухими стонами, потом воплями и, наконец, пронзительным верещанием.

Как здорово он придумал – приехать к родителям, чтобы заняться любовью в пустом доме, вдали от соседей, где никто ничего не услышит…

Когда мой чудесный кабальеро, в конце концов, счёл, что его стандарты чистоты выдержаны, мы переместились в спальню и там продолжили наше развлечение. На кровати тоже получилось потрясающе.

На моих бёдрах остались следы Роминых пальцев – в кульминационный момент страстный испанец вцепился в меня стальной хваткой, но я не почувствовала боли, так как наслаждение было в миллион раз острее.

Мы оба плавились в жарком пламени страсти, вновь выясняя, что способны подарить друг другу безумное наслаждение, почти похожее на мучение, и поэтому незабываемое…

Я ни разу не испытывала ничего подобного… Не знаю, что чувствовал Роман с другими девушками, но мне показалось, что его ощущения по накалу не уступали моим. Он рычал, как бешеный зверь, и содрогался от сладкой судороги, а у меня в груди тлел огонёк тщеславия – ведь именно я довела партнёра до невменяемого состояния…

Потом мы лежали обессиленные на кровати, и я рассматривала комнату – стена из красного кирпича, гигантские чёрно-белые постеры, а в углу… мотоцикл.

- Это мой самый первый. Он уже давно не на ходу. Притащил сюда и оставил на память. Типа, у меня в норке крутой дизайн.

- Очень крутой! Но ведь ты здесь не живёшь.

- Бываю набегами… Вика, послушай… То, что сейчас произошло… Это было потрясающе! Как же ты мне нравишься, солнышко!

Роман потянул меня за руку, заставил подняться и усадил на себя верхом.

Я сжала его талию коленями и с удовольствием - но уже и со страхом - ощутила, как от соприкосновения с самой горячей и нежной частью моего тела милый опять приходит в состояние полной боевой готовности.

Неужели мы никогда не будем отдыхать?!

- Ты мне тоже очень нравишься, Рома, - призналась я. – Ромочка. Ромашка.