Кьянти для невесты

А вспомнить, как нежно целых полтора месяца я нянчилась с Борисом Андреевичем! Даже юная мать не дарит столько внимания и заботы своему первенцу! Я смотрела на бывшего гендира с восхищением, смеялась над его шутками, поддакивала, задавала те вопросы, на которые ему было бы приятно ответить. В общем, проявила себя опытным вербовщиком, учитывающим все психофизические характеристики объекта.

А Роману со мной не повезло с самого начала.

- Я бы хотела извиниться… - Как неуверенно звучит мой голос! - Всё, что я сказала вам в понедельник… у лифта… Насчёт того, что вы ничего не знаете и не умеете, и не представляете ценности без папиных денег… Это неправда.

Сейчас я в этом убедилась… Поэтому беру свои слова обратно.

Роман закинул руку на спинку дивана, на лице возникло надменное выражение. Поза у него была предельно расслабленная – в отличие от моей.

- Вика, - произнёс он с презрением. – Не надо так унижаться из-за контракта!

Дело вовсе не в контракте! Я совершенно искренне признала, что ошибалась на его счёт.

Даже если отминусовать миллионы его отца, он и сам что-то по себе значит. Но как можно было догадаться об этом раньше, если он вёл себя как тупой неандерталец?! Я, между прочим, немедленно попросила прощения за выходку на дороге – сразу же после инцидента. Он тоже мог бы извиниться за гадости, которыми осыпал меня, как из рога изобилия!

- Роман, я вовсе не…

- На, держи, - он приподнялся и кинул мне на колени бумажки. – Забирай. Твой проект меня не устраивает.

Схватив листы с диаграммами и смяв их, я в ярости вскочила с кресла.

- Да пошёл ты к чёрту! Хам, грубиян! - пылая ненавистью, швырнула бумаги прямо в лицо Роману.

Всё, он меня довёл! Пусть подавится своим контрактом! Плевать, надоело!

Снова получив от меня по лицу – теперь мятой бумагой – Роман тоже взвился от негодования и подскочил с дивана. Высокомерная ухмылочка молниеносно слетела с его породистой физиономии, в глазах вспыхнул бешеный огонь.

- Что – я? Дура, чучело, курица?! Ну, давай, скажи, скажи!

Я изо всех сил толкнула его, надеясь, что он грохнется обратно на диван, но с таким же успехом могла бы обмахивать травинкой монументальный дуб.

Тогда я принялась колотить негодяя кулаками в грудь – ярость и обида рвались наружу, ничего не могла с этим поделать.

Почему он меня так бесит? Завожусь с пол-оборота, в глазах темнеет от злости, превращаюсь в фурию. Но я же никогда не была истеричкой, обычно я сдержанная и рассудительная.