Кьянти для невесты

- Ты считаешь? А мне кажется, наоборот, презирать начнёт, если на коленях буду ползать.

- Ты не будешь, у тебя не получится… Да, интересно. Мой друг превратился в нудного влюблённого Ромео.

- А ты терпи. Я сколько твоих стонов и жалоб выслушал, когда ты с Вероникой расстался? А когда тебя Марина бросила? Забыл?

- Всё молчу, молчу, ной дальше.

- Ладно, проехали. Сам-то как поживаешь? Чем сегодня занимался?

- А у меня всё прекрасно! Сейчас сижу в аэропорту.

- Неужели? Куда летишь?

- В Южную Африку.

- Отличная программа. А мы с батей сваливаем в Красноярск.

- Поближе ничего не нашли?

- Он собирается крупно вложиться в один проект. А я теперь его правая рука, поэтому он хочет ехать вместе.

- Михаилу Ивановичу очень повезло, что мы с тобой так капитально навернулись. Вон, как у тебя после аварии мозги на место встали. Превратился в пай-мальчика. Работаешь круглосуточно. О девицах и думать забыл, все мысли об одной-единственной и неповторимой.

- Антошка… Она удивительная.

- И, похоже, посадила тебя на цепь. 

Сонечка ошиблась. На следующий день, в субботу, Роман мириться не пришёл. И в воскресенье тоже… В понедельник – аналогично. Во вторник – облом. И в среду!

А я почему-то ждала… Как же он запудрил мне мозги!

Роман. Ромка. Ромашка.

Нет, оно, конечно, понятно… Сколько ещё парню заниматься самобичеванием? Он, и прощения-то просил, наверное, не потому, что хотел оправдаться в моих глазах, а потому, что самому было неприятно чувствовать себя гадом.

Но сейчас он поставил точку, сказал себе – я сделал всё, что мог: извинился, подарил красивый букет, чего ещё надо-то? О, да, букет красивый… Даже роскошный… Я несколько дней любовалась изумительными шелковистыми бутонами, зарывалась лицом в душистую нежную пену. Розы не вяли, они раскрывались всё больше и с каждым днём становились ещё красивее.

Но если Роман всё-таки появится, надо будет его освободить. Скажу, что простила и его выверты, и спесь, и критику, и то, что хватал за руки, и то, что из-за него я потеряла работу, и зверский удар по мягкому месту…

А может быть, он больше не приедет… Его удерживало чувство вины, а не влечение. Теперь я уже не представляю для него интереса.