Киберканикулы

Выловить плавающую кругами и похрюкивающую от удовольствия свинку удалось не скоро. Мочить одежду никому не хотелось, раздеваться – тоже, оставалось только умильно подманивать Мотю с разных краев озерца, пытаясь сцапать змеящийся за нею поводок. Толстяк оправился от шока, почувствовал себя дураком и попытался избавиться от этого неприятного ощущения с помощью ругани и угроз написать жалобу. Женька пыхтел все громче, а встроить автозамену в самого лесника было проблематично. До точки закипания оставались считанные градусы, когда Джек самопожертвенно шагнул в озерцо.

– Поймал? – риторически поинтересовался Джек, стоя по колено в воде и недвусмысленно жаждая награды за свой героизм.

Лесник, еще не разогнувшись, обратил к нему мрачную разноцветную физиономию. Лиза захихикала. Женька злобно утер лицо локтем, и раскрас стал боевым, полосами.

Экскурсовод честно попыталась вернуть внимание туристов к водопаду, но всплески смеха и ругани преследовали лесника и его незваную команду до самого флайера.

– Ну что, летим искать пропавшую речку? – небрежно поинтересовался Джек, разваливаясь на заднем сиденье.

Радужная свинья попробовала последовать его примеру, но была синхронно спихнута киборгами с обеих сторон. На обшивке осталось только три смазанных отпечатка копыт.

– Я-то полечу, а кто-то щас пешком вверх по водопаду полезет! – сгоряча пригрозил Женька, только вчера отчистивший салон от предыдущих свинячеств, но, услышав благодушное Джеково «Да запросто!» и восторженное Лизино «Круто!», поскорее заблокировал дверцы.

Кай разочарованно отвернулся к окну. Карабкаться по живописной природной лестнице, то перепрыгивая с уступа на уступ, то подныривая под низвергающийся с карниза поток, было энергоемко, зато весело и для киборга совсем не сложно.

– А вон оттуда, – ткнул пальцем Джек, – мы Сергея Петровича снимали!

В штатный туристический осмотр эта достопримечательность не входила, но Лиза ознакомилась с ней с живейшим интересом.

– Ничего, – ободряюще шепнула она Каю, – мы сюда еще вернемся!

Флайер поднялся над плато, и пассажирам открылся очередной роскошный вид: речушки сходились к водопаду, как разноцветные нити к ткацкому станку.