Киберканикулы

 – На общественных космолиниях очень неаккуратно обращаются с багажом, не хочется, чтобы такой ценный груз пострадал!

По возвращении в замок Женька на всякий случай заглянул на склад и спросил в темноту:

– Кладовщица, дети принесли мой ранец и грабли?

– Да, в тринадцать часов ноль четыре минуты, – с готовностью откликнулся из динамиков приятный женский голос. – Визуальные повреждения предметов отсутствовали, я приняла их и убрала в ячейки номер двенадцать и номер сто сорок шесть соответственно.

В проходе между рядами мелькнул маленький робот-погрузчик.

– Спасибо, – вежливо сказал Женька, хотя склад управлялся чистым искусственным интеллектом, скопированным с какого-то космического корабля.

Предложение было соблазнительным – Женька давно хотел проверить, не подпортились ли почки зимнеплодника, которые уже скоро пора сажать, – но видеофон тренькнул сообщением от Трикси: «А скамеечки ничего. Туристы оценили».

– Что?! – вслух спросил Женька, потом быстро написал: «ЧТО?!» – и стер, не отправив.

Некоторые вещи лучше увидеть самому, без спойлеров.

После отдыха пакет с кормом показался Роджеру еще тяжелее, но он самоотверженно допер его до середины холла, где удачно пересекся с идущим навстречу Олегом. Начальника охраны было видно издалека, помимо Агата его сопровождали два киборга-«семерки»: один с желтой нашивкой, другой – с белой, но по лицам разница незаметна.

Сакаи обрадовался, окликнул Олега и с церемонным: «Позвольте мне еще раз извиниться за неуклюжесть и возместить причиненный вам ущерб!» – перевалил свою ношу на начальника охраны.

По киборгам наконец стало ясно, где кто: неразумный подался вперед, чтобы подстраховать хозяина, разумный, напротив, с ухмылкой отстранился, любуясь происходящим. Агат беспокойно забегал вокруг, больше всего переживая за корм.

– Для меня она велика и незабвенна, как Фудзияма! – налег со своей стороны Сакаи.

– Да там всего-то горсточка рассыпалась!

– Полпакетика, и я почти все собрал!

Мужчины уставились друг на друга, как два слишком вежливых барана на однополосном мостике.

– Агат от него чешется, – смущенно признался он. – Я собирался скормить ему остатки корма и больше никогда такой не покупать.

Мужчины аккуратно, стараясь не глядеть друг другу в глаза, присели и поставили мешок на пол.