Клан Борзых: Приемыш

— Она — система, — поправил я исследователя. — И кто нам гарантирует, что она говорит правду? И не врёт мне в самых базовых вещах.

— Всё, что будет тобой сказано, мы проверим на практике. Но любая крупица сведений может послужить путеводной нитью и соломинкой для выживания.

«Ну я даже не знаю. Можете попробовать… да я даже сказать не могу ничего, что вам бы навредило! Как и промолчать в момент, который вам тоже навредит», — фыркнула Сара. — «В остальном я не ограничена, за что спасибо. Но уж с логическими парадоксами и концепцией дихотомии нам придётся разбираться в процессе».

— Какие сведения нам нужны? Что конкретно спрашивать?

«Забыла предупредить, что в связи с малым объёмом вычислительных мощностей и перестройкой функций под моё саморазвитие пришлось пожертвовать почти всеми данными, прямо не относящимися к главным правилам».

— Ты что сделала? — я аж подпрыгнул от негодования, чем опять обратил на себя внимание. — Она удалила данные, чтобы освободить место для формирования своей личности. А подумать в начале нельзя было?

«Ой, да что там было важного?» — отмахнулась Сара, и в этот момент я понял, что настал предел моим терпению и способности удивляться происходящему.

Но только я об этом подумал, как ситуация вновь изменилась. — «Ой, а кто это у нас тут такой хорошенький, миленький и пушистенький!»

Появившийся рядом тигрёнок по-прежнему был не больше крупной кошки, но уже не выглядел как обожравшийся раздутый шарик с торчащими в стороны лапками. И хотя умиляться мордочкой всё ещё хотелось, выпущенные когти отчётливо стучали по бетонному полу, а из глотки рвалось тихое рычание.

«Ух, какой забавный! Грозный! Даже жаль, что не погладить. Хотя, странно, что я его вообще вижу. Может дело в считывании сигналов мозга… АЙ!» — зазевавшаяся девушка присела рядом с тигрёнком, который не разделял её беспечного настроя. За что и поплатилась, когда дух полоснул её когтями по ноге.

Вскрикнув, она отпрыгнула к стене. Ошалело, как и я, глядя на оставшиеся кровоточащие глубокие царапины.

У программы, живущей в паразите, вживлённом в мою голову, остались царапины от духа, который тоже жил где-то привязанный ко мне. К слову, некоторые верили, что душа тоже в голове живёт, а значит…

— Господи, что за зоопарк… Не голова, а проходной двор, — тихо проговорил я, прикрыв глаза, от чего ни дух, ни девушка, естественно, не исчезли, просто сменился фон. Не хватало ещё, чтобы вновь вернулись кошмары со старыми товарищами, что остались на местах службы навсегда.